Вот под окном немного словСпел итальянец, в просьбе замер.Да, полдень улицы высок,Асфальт в сияньи под глазами.И будто в мрак – кофейный тентМеня позвал на простоквашу.Я шляпу снял в прохладе. ВашуЗаметил тотчас: белых лентБыла улыбка и кивки.Вы поднялись, пошли для встречи,И право, больше старикиОглядывались вам на плечи,На угловатость, худобу,Изнеможение разврата,И, пудрой бледная, в гробуПредставились вы очень внятно.Пробившись цепко до меня,Неся литую шелком руку,Под тентом, но в сияньи дняЗачем вы протянули муку?Рассказы ваши в темнотеЗаговорили вдруг на память,И лоск на вашей наготеПочувствовал я под губами.А голос наяву спросилМое здоровье и успехи,И не было усмешке сил, –Был тент, толпа, лазурь в прорехе, –Но усмехнулся, закурил,Вы вытянули сигарету,Гляделись прорези перилНад пыльным у асфальта светом.И заиграли тут опятьОстрейший и милейший танец.Я стал, нахмурясь, напевать,Ногтей разглядывая глянец.И взгляд на вас не поднимал –Кивал, кивал меж двух затяжекИ снова глухо подпевалМотив, который был протяжен…И не было во мне стыда,Что я сижу с продажной тварьюЯ знал: что если вас ударю –Вокруг не вспыхнет суета,А скажут: а, семейный спор, –Лакеи нам укажут двери,И первый же таксомоторПредложит разомчать потери…И заостря плечо, застыл.Молчал. Невольно видел пудру.Протяжное оркестр ныл.Стаканов просияло блюдо.И бледная моя душаРвала перчатку, беспокоясь,И с плеч повис, синея, шарф,Концами заткнутый за пояс.<p>Голос<a l:href="#c002025"><sup>*</sup></a></p>Летают в воздухе святом,Неслышно пропадают птицы.Над ровным лугом – желтый дом,А дух на воле и томится.Есть в облаках сиянье льдин,В пруду метнулась рыба кругом,И в этот полдень я одинДышу томительным испугом.Так жадно думаю о Вас,И расцветают все движенья,Далеких губ, далеких глазВлиятельное выраженье.А вот счастливая рука:Она имеет тяжесть тела;Святая кровь – ее река –Высоким шумом прошумела.И смелый голос надо мнойПоет неслышными словами,А небо с той же синевойИ уплывающими льдами.
1924
Шанхай
<p>Рассказ<a l:href="#c002026"><sup>*</sup></a></p> Убедился, как странно любятУдивительные глаза,И об этом в вечернем клубеЯ приятелю рассказал. Но приятель меня не слушал,Но приятель в стакан смотрел.Я не выдержал: встал и вышел,Уронив стакан на столе. Пусть над городом в тысячах звезды,Пусть по городу улиц огни:Он со мной – этот полдень березовыйИ сквозняк апрельский, и пни, И в лесу сквозном мы – одни…
