— Ай, говорит, по декрету надо сына в школу отдавать, ему девятый годик, а я все сроки промигал. Как бы чего не вышло. А то тиснет кто-нибудь в газету — мол, у такого-то сынишка школу не посещает. Еще со службы сгонят.
Ну, дали ему справку, что промигал сроки, — успокоился. Только ненадолго. Обратно бежит — узнать, надо ли трехламповый радиоприемник регистрировать или можно на нем зайцем играть.
Побежал регистрировать.
А давеча, видим, идет наш гражданин Ф. со своей Федотихой. Под ручку ее ведет. Скажите на милость! То ее чуть багром не отпихивал и предметами в нее кидался, а тут под ручку, — мол, вполне честная семейная жизнь, без мордобоя.
Ну, видим, произошли в природе большие сдвиги.
Правда, это, конечно, мелкие мелочи, но если так дальше и глубже пойдет, то, черт подери, пожалуй, в стране скоро ни одного жулика не останется.
Все будут честные, порядочные. Все будут смело друг другу в глаза глядеть и друг на дружку любоваться.
Вот тогда жизнь засияет в полном своем блеске!
Очень в Одессе любопытное, показательное дело произошло.
А главное — оно очень принципиальное. Тем более, голоса разделились. Одни говорят: это издевательство. Другие говорят: что вы, что вы!
А мы тоже ничего издевательского не видим. Можно сказать — все в полном порядке.
А речь идет, я говорю, про Одессу. Про одесскую милицию. Там сам начальник гормилиции немного подзашился.
Ему перед самой чисткой обвинение кинули, — мол, сползает с классовой линии.
Что так? Почему такое? Парень выдающийся, боевой. Зачем ему сползать с линии?
— А как же, говорят, он издевается над младшим составом. Он их на карточку снимает, а после издевается.
— Что вы говорите! Не может того быть? Неужели на карточку снимает?
— Да, говорят, определенно.
А дело такое.
Может, знаете, такой порядок — некоторые начальники имеют обыкновение ловить с поличным. Ну, заснет часовой или постовой, а его и накроют. Винтовку отберут или шапку снимут. А после к ответу тянут.
Дело, безусловно, обыкновенное. Надо дисциплину соблюдать и не дрыхнуть без задних ног на ответственных постах.
Хотя надо сказать — такая ловля спящих мало действительна.
Другие такие нахальные попадаются — отопрутся, — и все.
— Я, говорит, и не спал. Я, говорит, только прищурил глазки, а этот ренегат, может, нажрался жирной пищи и налетает — шапку сразу сымает с головы… У них стрелочники завсегда виноваты.
Так что такая ловля, я говорю, не так уж достигает цели. А очень выдающийся способ изобрел начальник одесской гормилиции. Он ходит с аппаратом и чуть что — на карточку сымает. Такой у него фотоаппаратик девять на двенадцать.
Вот он с ним и ходит. Заметит какой-либо беспорядок и сымает моментально или с небольшой выдержкой.
Сымет, например, на карточку спящую милицию, проявит, отпечатает и после в стенную газету вклеивает. Позор!
Главное — и отвертеться нельзя. Улики, можно сказать, налицо. Сам сидишь, сам спишь, и морда твоя виднеется со всеми подробностями: там, скажем, глазки закрыты, изо рта пузыри вылетают. Одним словом, наглядная панорама.
А очень это фотографическое дело обернулось в неожиданную сторону.
Перед самой чисткой начальника гормилиции со своим аппаратом пришили к делу.
— Так что, говорят, помилуйте, это форменное издевательство. Немного задремлешь, а тебя уж на карточку чикают. Прямо всякий сон пропадает, и аппетит теряется. И бессонница наступает.
Ну, поднялась целая история и тарарам. Тройка встряла в это дело.
— Да, говорят, издевательство налицо. Поставить на сегодняшний день под сомнение его классовую личность и наложить взыскание.
Но тут, спасибо, чистка подошла. Ну, и, конечно, никакого издевательства не нашли. Так что можно в крайнем случае снова заняться фотографией.
Вот только жаль — аппаратов в продаже нету. Не делают. А пора бы небольшой заводик открыть. Чтобы было чем снимать дремлющую публику. Тем более, таковой на сегодняшний день весьма порядочно.
Недавно произошло одно очень даже характерное дело.
Оно тем более интересно, что это факт. Тут нету, что ли, такой выдумки или чистой фантастики. Наоборот, все взято, так сказать, с источника жизни.
И оно тем более интересно, что дело имеет любовную подкладку. И в силу этого многим забавно будет поглядеть, как и чего в данную минуту бывает на этом довольно важном и актуальном фронте.
Так вот, два года тому назад, а именно в городе Саратове, произошли такие мелкомещанские события. Один довольно-таки безыдейный молодой человек Сережа Хренов, а именно служащий, или — вернее — браковщик-приемщик с одного учреждения, начал вроде как ухаживать за одной барышней, за одной, скажем, работницей. Или она за ним начала ухаживать. Сейчас за давностью времени нету возможности в этом разобраться. Только известно, что стали их вместе замечать на саратовских улицах.
Начали они вместе гулять и выходить. Начали даже под ручку прохаживаться. Начали разные всякие любовные слова произносить. И так далее. И тому подобное. И прочее.
А этот молодой франтоватый браковщик однажды так замечает своей даме:
