Белью стоял у какой-то стены под навесом, другой тени не было. В руке его была пачка, из которой он вынимал сигарету, когда из-за ближайшего угла на изрядной скорости выехал автокар. На приподнятой вилке были навалены мешки. Обычный портовый подъемник, Белью внимания на него не обратил, но когда автокар проезжал рядом, он неожиданно развернулся и прямо перед лицом Белью возникли металлические ножи, неумолимо надвигавшиеся на него.
Увесистая сумка полетела в одну сторону, а Белью подпрыгнул, с силой оттолкнулся от одного из ножей и перелетел прямо через голову шофера. Для последнего этот пируэт оказался роковым. Шофер вытаращил удивленные глаза, потом опомнился, потянул свои рычаги; но было поздно.
Автокар пробил насквозь жидкую стену и влетел в темноту. Оглушительный визг пронесся над причалом, и сотни перепуганных свиней хлынули в образовавшуюся дыру.
Белью едва успел взобраться на какое-то возвышение и оттуда наблюдал, как мечутся по узкому причалу свиньи, сталкивая друг друга в воду.
Белью шел от пристани. А там вымазанный известно в чем шофер стоял пред маленьким человеком, одной рукой придерживая окровавленную другую; а маленький страшно ругался на непонятном языке.
Чуть позже маленький стоял пред каким-то ящиком и говорил, скорбно склонив голову:
— Ничего не вышло, туан. Здесь такой народ — одни болваны…
Слушал его, сидя на ящике, человек с чрезвычайно выразительным лицом. Он уже появлялся в нашей истории. На палубе лайнера, когда Герой отправлялся в свой морской поход.
Да, именно этот человек и слушал малайца. И был весьма недоволен.
А Белью на старом моторном баркасе уходил от острова в океан.
На острове, в бункере, сидел на стуле и с гитарой в руках наш Герой.
Гитара была включена в комбик, тот, в свою очередь, был включен на полную мощность, а Герой что-то репетировал гитарное. Оглушительные и весьма негармоничные звуки сотрясали стены бункера.
Герой, изрядно к этому моменту обросший, трепал медиатором струны, но неожиданно остановился, что-то отвлекло его.
На окне сидел кролик.
— Привет, — сказал Герой. — Извини, я занят, а ты меня отвлекаешь.
Кролик сидел на окне. Герой брякнул пару раз по струнам, раздосадованно повернулся к нему:
— Я не могу работать, если рядом кто-то есть.
Кролик сидел, но в него полетела пустая банка, тогда он спрыгнул наружу.
— Ну вот, — пробормотал Герой. — И сам потом обижается.
И с новым усердием ударил по струнам.
Посреди моря покоился мирный атолл, стоял на нем бункер и неслись из бункера звуки гитары. Довольно противные, нужно отметить, звуки.
Расчищенная площадка в джунглях на берегу моря. Покосившаяся табличка «Weather Post», крутящиеся на шестах крыльчатки метеорологических приборов, маленький вертолетик на посадочной площадке, крошечный домик посредине. В домике сидели три служителя станции, все — местной национальности. Двое играли в маджонг, третий, в наушниках, выстукивал что-то ключом по рации.
Один из игроков выбросил кости, и посмотрел довольно на другого: что тот скажет. Другой же совершенно неожиданно обмяк и упал на землю. Глаза первого изумлено округлились, но тут же страшно закатились белки и он упал вслед за первым.
Сильный пинок вышиб дверь. Громкий звук проник сквозь наушники и заставил радиста повернуть голову. Сперва он с ужасом увидел трупы товарищей и огромную колючку какого-то растения, воткнувшуюся в висок одного из них. Он поднял глаза — в проеме двери стоял низкорослый даяк с несоразмерно большим крупнокалиберным пулеметом на руках и это — последнее, что он успел увидеть.
Очередь из пулемета прошила его и пошла крушить хрупкую аппаратуру.
Мирная станция в мгновение ока заполнилась толпой воинственно настроенных людей, вооруженных чем попало, от копий до винтовок и автоматов. Они кричали что-то воинственное и победное, вознося к небу оружие.
В лучах стремительно заходившего тропического солнца горело красным опустевшее поле метеостанции, одиноко стоял на своей площадке вертолет, бессмысленно вертелись на шестах вертушки.
Внизу, в тени берега, подходила моторка Белью. Он приткнул лодку под свисавшими над водой деревьями и стал осторожно подниматься к станции.
Быстро, но осторожно обошел территорию. Никаких признаков жизни не было, так что к домику он подошел в настроении даже легкомысленном. Заглянул в проем приоткрытой двери.
Возле разнесенной вдребезги радиостанции лежал обезображенный радист, у стола — его приятели. Белью смотрел, зажав платком нос, затем развернулся и, пригибаясь, бросился к вертолету. Запрыгнул в кабину, забросив предварительно сумку, и тут спохватился. Огляделся. Никого вокруг.
Белью уже спокойнее уселся в кресле, поколдовав с приборной доской, включил что-то. Внимательно осмотрел приборы, проверил что-то, проверил другое и замер, пристально вглядываясь в одно из окошечек.
— Так… — пробормотал себе под нос, прикидывая что-то в уме.
И выключил приборную доску. Погасли огоньки, замерли стрелки. Белью откинулся на спинку кресла: — Горючего хватит минут на сорок. Прилетели… — пробормотал он и закрыл глаза.
