Двенадцать томов серии — это своеобразное документальное повествование Чехова о своей жизни и о своем творчестве. Вместе с тем, познавательное значение чеховских писем шире, чем их биографическая ценность: в них бьется пульс всей культурной и общественной жизни России конца XIX — первых лет XX века.В пятом томе печатаются письма Чехова с 1 марта 1892 по 31 декабря 1894 года.
А.П. Чехов. 1893 г. Фотография.
1122. Н. Н. ОБОЛОНСКОМУ
1 марта 1892 г. Москва.
Посылаю Вам письмо Гнедича*, полученное мною от Свободина. Перехватил я его с единственною целью — заманить Вас к себе и устроить свидание у меня. Ведь я давно Вас не видел, сэр! Напишите, когда Вы у меня будете? Свободин будет у меня завтра между 5 и 7 вечера. Жду! Поклон Софье Виталиевне и Необыкновенному Уму*.
Кланяюсь Вам низко, по-китайски, ухватившись обеими руками за живот.
1123. А. С. СУВОРИНУ
1 марта 1892 г. Москва.
1 марта.
Сейчас послал Вам телеграмму*, а вот подробности. Для простых писем и гостей адрес мой таков: Ст. Лопасня Москов<ско>-<Курск>ой дор<оги>, село Мелихово. Ямщики на станции всегда есть. Расстояние — меньше 9 верст. Для телеграмм: Лопасня, Чехову. Приславший телеграмму освобождается от расходов на ямщика, так как ему высылаются на вокзал лошади. Для заказных и страховых писем и для посылок: г. Серпухов, село Мелихово.
Так как у меня в кабинете реставрируют пол, так как ломают в кухне печь и идет оклейка комнат обоями, то я поеду в Мелихово в среду или в четверг. К тому же еще старший нотариус не утвердил купчей, надо сидеть в Москве и ждать. Тапканово и Кашира близко от Мелихова. Если Вы купите Тапканово, то к Вам можно будет ездить на беговых дрожках, а теперь, я думаю, можно из Мелихова проехать на ямщике. Впрочем, это решит Миша.
Вчера я, укладывая свои бумаги, прочитал вновь Ваши третьегодняшние критические фельетоны*. В одном из них Вы уверяете, что у Мережковского нет ума.
Кстати сказать, супруги Мережковские на сих днях уезжают в Ниццу. M-me Гиппиус, вероятно, прыгает от радости. Но боже, какая скука* ехать в Ниццу затем, чтобы у одра Алексея Николаевича непрерывно говорить о литературе! Положение хуже онегинского. Восторженный и чистый душою Мережковский хорошо бы сделал, если бы свой quasi-гётевский режим*, супругу и «истину» променял на бутылку доброго вина, охотничье ружье и хорошенькую женщину. Сердце билось бы лучше.
Мне ужасно хочется работать, а между тем вот уж прошел месяц, как я провожу дни свои в праздности. Вид голых стен, рогож и озабоченных лиц отнимает всякую охоту заниматься чем-нибудь.
Ермолова против того, чтобы Вы имели свой театр*. Она боится, что, построив свой театр, Вы разлюбите театр. Свободин получил от Всеволожского письмо*, где ясно высказывается подозрение, что Св<ободин> уходит к Вам в актеры. Барышне Иловайской я послал каталог пьес*. Любители, игравшие в Москве «Плоды просвещения»*, поощряемые мною, собирались ехать постом в Воронеж, чтобы сыграть там «Плоды» в пользу Дамского комитета (разрешение от Куровского мною, как Вам известно, уже получено), но служебные обязанности затормозили дело; хотят ехать на Пасху, когда будут свободны. Говорят, что эти любители играли «Плоды» гораздо лучше, чем играют теперь в Малом театре*. Ленский толстеет. Южин болен жабой.
Да хранит Вас бог со своими ангелами. Анне Ивановне и детям сердечный привет и поклон. Едет ли Алексей Алексеевич на кумыс?
1124. А. И. УРУСОВУ
1 марта 1892 г. Москва.
1 март.
Дорогой Александр Иванович, вчера я собирался к Вам, но в 8 часов вечера обстоятельства неожиданно погнали меня совсем в другую сторону: приехала одна особа* и приказала мне следовать за ней. Я должен был повиноваться. Если бы это была полиция, то я оказал бы ей вооруженное сопротивление и все-таки попал бы к Вам, но это была не полиция, а та власть, перед которою дрожат даже боги.
За подарок сердечно благодарю*. Вашу грациозную статейку буду беречь всю жизнь и внесу ее в свой формулярный список, где под рубрикой «незаслуженные награды» она будет занимать самое видное место. Впрочем, кажется, я витиевато выражаюсь. Но это ничего.
От Елены Михайловны Шавровой (Б. Афанасьевский пер., д. Лачиновой) получен ответ*: она очень рада. Играть ей очень хочется, а актриса она, повторяю, очень недурная. Первое впечатление она дает какое-то сюсюкающее — не смущайтесь этим. У нее есть огонек и задор. Хорошо поет цыганские песни и не дура выпить. Умеет одеться, но причесывается глупо. В среду в «Н<овом) в<ремени>» был напечатан ее рассказ «Маленькая барышня»*.
Я уеду в свое именье в четверг или в пятницу. Жду утверждения старшего нотариуса.
Еще раз благодарю.
На конверте:
Здесь, Арбат, Никольский пер., собств. дом Князю Александру Ивановичу Урусову.
1125. А. С. СУВОРИНУ
2 марта 1892 г. Москва.
2 март.
