В доказательство, что и я тоже не чужд японского вопроса ~ личность исключительную. — «Японскому вопросу» были посвящены «Маленькие письма» А. С. Суворина, напечатанные в «Новом времени», 1895, № 6869, 15 апреля. Суворин писал о «необыкновенной прозорливости» адмирала Невельского, человека, напоминающего собой «легендарные черты первых завоевателей Сибири», в «Записках» которого скромно рассказана история открытия им устья Амура. Ссылаясь на вышедшую в 1894 г. в Париже книгу дочери Невельского, Веры Венд: Vera Vend. L’amiral Nevelskoy et la conquête définitive du fleuve Amour («Адмирал Невельской и завоевание реки Амур»), — Суворин заметил, что под «одушевленным пером» дочери адмирал Невельской «является живым образом русского человека, который посвятил свою жизнь осуществлению одной идеи. С ничтожными силами он расследовал северо-восточные берега Сибири, доказал, что Сахалин есть остров, открыл устье Амура и поставил русский флаг в новой обширной области, которая для России особенно важна в будущем».
Чехов послал Суворину, очевидно, вырезку из 1-й главы «Острова Сахалина», в которой он писал об исследователях Японии и в том числе о Невельском.
Ваш отзыв об Яворской мне не показался резким. — В «Новом времени», 1895, № 6862, 8 апреля, напечатан отзыв А. С. Суворина о спектакле театра Ф. А. Корша «Madame Sans-Gêne», который он смотрел в Петербурге 7 апреля. Суворин, видевший этот спектакль на парижской сцене, сравнивал его с постановкой Корша; он находил, что в целом пьеса поставлена «прекрасно» и что играют ее «весьма мило», хотя явное подражание парижской постановке не всегда удачно. Яворская, исполнявшая роль madame Sans-Gêne, «совершенная Режан, игравшая эту роль в Париже, но, разумеется, с отличиями патриотическими». По этой роли можно судить только о ее способности «к подражанию, а не к творчеству», и хотя подражание ее далеко от совершенства, всё же оно «показывает, что мы имеем дело с женщиной с темпераментом, с намерениями, т. е. с изобретательностью, с талантом».
Мише напишу. — Суворин получил письмо М. П. Чехова от 12 апреля 1895 г., в котором он писал, что тяготится работой в Угличе, и просил посодействовать переводу его в другое место (ЦГАЛИ, ф. 459, оп. 1, ед. хр. 4621. См. также: С. М. Чехов. О семье Чеховых. М. П. Чехов в Ярославле. Ярославль, 1970, стр. 75–76). Суворин написал Чехову, что ему не совсем ясно, чего хочет Михаил Павлович. О письме Суворина сообщила Михаилу Павловичу Мария Павловна. См. письмо 1562* и примечания к нему*.
Пожалуй, засяду осенью за пьесу… — Чехов приступил к работе над пьесой «Чайка», вероятно, летом 1895 г. Первое упоминание о работе над пьесой, уже вполне скомпанованной, находится в письме А. С. Суворину от 21 октября 1895 г. (см. письмо 1598*).
Я очень рад успеху «Ганнеле». — Пьеса Г. Гауптмана была поставлена Литературно-артистическим кружком в здании Панаевского театра 11, 12 и 13 апреля. Это была первая постановка «Ганнеле» в России. В газетных рецензиях («Новое время», 1895, №№ 6867 и 6868, 13 и 14 апреля; «Петербургская газета», 1895, №№ 98 и 99, 12 и 13 апреля) отмечали большой успех спектакля и выдающееся исполнение роли Ганнеле артисткой Л. И. Озеровой.
…войну с макао… — По-видимому, в Литературно-артистическом кружке увлекались этой азартной карточной игрой.
…дать любительский спектакль… — Эта чеховская затея не была осуществлена.
Когда-то я хорошо играл… — Об участии Чехова-гимназиста в домашних спектаклях в Таганроге, главным организатором которых обычно был сам Чехов, вспоминали М. П. Чехов (см. Вокруг Чехова, стр. 65), М. П. Чехова (см. ее книгу «Из далекого прошлого». М., 1960, стр. 18–19) и гимназический товарищ Чехова А. Дросси («Приазовская речь», 1910, № 41, 18 января).
