Здесь прибыль, составляющая половину рабочего дня, равна 1/3 всего продукта.
[884] Если бы рабочий отдавал капиталисту 3/4 рабочего дня, то мы имели бы следующее:
Капитал: постоянный 25
Капитал: переменный 121/2
Совокупный капитал 371/2
Прибавочная стоимость 371/2
Норма прибав. стоимости 300%
Норма прибыли 100%
При пересчете на 100 мы имеем:
Капитал: постоянный 662/3
Капитал: переменный 331/3
Совокупный капитал 100
Прибавочная стоимость 100
Норма прибав. стоимости 300%
Норма прибыли 100%
Рассмотрим теперь более детально, что может скрываться за этой концепцией, согласно которой прибыль падает потому, что в ходе накопления она представляет не «простую прибыль» (следовательно, норма эксплуатации рабочего не уменьшается, а, как утверждает Год-скин, увеличивается), а «сложную прибыль», между тем как труд ни при каких условиях не может угнаться за требованиями сложных процентов.
Прежде всего следует заметить, что это требует дальнейших определений, чтобы вообще иметь смысл. Рассматриваемый как продукт накопления (т. е. присвоения прибавочного труда) — а такое рассмотрение необходимо по отношению ко всему воспроизводству в целом, — всякий капитал составлен из прибыли (из «процента», если это слово отождествлять с прибылью, а не с «ссудным процентом»). Следовательно, если норма прибыли = 10 %, то это — «проценты на проценты», прибыль на прибыль. И было бы совершенно непонятно, чем в экономическом отношении 10 на 100 должны отличаться от 11 на 110. Таким образом, получилось бы, что и «простая прибыль» невозможна, или, по крайней мере, что и простая прибыль должна падать, ибо эта простая прибыль в действительности является в такой же мере сложной, как и сложная прибыль. Если же понимать дело более узко, т. е. иметь в виду только капитал, приносящий проценты, то сложные проценты поглотили бы прибыль и больше, чем прибыль; и то обстоятельство, что производитель (капиталист или не-капиталист) должен платить заимодавцу проценты на проценты, совпадает с тем, что ему, кроме прибыли, приходится со временем уплачивать заимодавцу и часть своего капитала.
Итак, прежде всего надо заметить, что годскиновская концепция имеет смысл лишь в том случае, если предполагается, что капитал возрастает быстрее, чем население, т. е. чем рабочее население. (Даже и это последнее возрастание относительно. Природе капитала свойственно одну часть рабочего населения изнурять чрезмерным трудом, а другую превращать в пауперов.) Если население увеличивается в той же самой степени, как и капитал, то нет никаких оснований, почему бы тот прибавочный труд, который я могу извлекать при помощи 100 ф. ст. из х рабочих, я не мог извлекать из 8х рабочих при помощи 800 ф. ст. [885] 8 раз по 100К предъявляет не больше требований к 8 раз по х рабочим, чем 100К к х рабочим. Здесь, следовательно, приводимое Годскином основание отпадает. (В действительности дело обстоит иначе. Даже если население возрастает в той же самой степени, как и капитал, капиталистическое развитие приводит к тому, что часть населения становится избыточным населением в результате того, что постоянный капитал развивается за счет переменного капитала.)
{«В отношении труда весьма существенное значение имеет то, распределяете ли вы их» (товары) «так, чтобы вызвать большее предложение труда или же меньшее, распределяете ли вы их там, где они будут условиями для труда, или же там, где они будут поощрять праздность» («An Inquiry into those Principles, respecting the Nature of Demand» etc. London, 1821, стр. 57).
«Этому увеличению предложения труда способствует увеличивающаяся численность населения» (там же, стр. 58).
«Если товары оказываются не в состоянии распоряжаться таким количеством труда, каким они распоряжались раньше, то это имеет значение только там, где этот труд будет производить не больше продукта, чем раньше. Если же труд сделался более производительным, то производство не будет сокращено несмотря на то, что существующая масса товаров распоряжается теперь меньшим количеством труда, чем раньше» (там же, стр. 60).
Это — против Мальтуса. Верно, производство не будет сокращено, но норма прибыли сократится. Эти циничные выражения, согласно которым «масса товаров распоряжается трудом», содержат в себе тот же цинизм, который имеется в даваемом Мальтусом определении стоимости{121}. Выражение «товар распоряжается трудом» великолепно и вполне характерно для природы капитала.
Этот же автор правильно замечает против Уэста:
