АП: Но тем не менее очень коммерчески успешный.
ИК: Вы знаете, сейчас все, более или менее похожее на музыку, является по определению коммерчески успешным в условиях того дефицита свежих эмоций, творческих проектов, которые вообще у нас наличествуют, поэтому, я еще раз подчеркиваю, что Слава — один из самых талантливых музыкантов в этой стране в своем жанре, и поэтому почему бы его проекту не быть успешным. Я просто думаю, что на фоне других его проектов это не самый пик его карьеры.
ДБ: Вот из Красноярска нам Влад прислал вопрос: «Какие у Вас сейчас отношения с ним?»
ИК: Очень дружеские. Буквально позавчера вместе были. У нас дружеские, но мы пытаемся сейчас искать точки пересечения не непосредственно в этой сложной области совместного писания песен, а в каких-то более побочных каких-то таких вещах, проектах, которые…
ДБ: Есть какие-нибудь уже наметки…
ИК: Да, да, есть какие-то идеи, даже, вот, например, у нас такое что-то светит, вот тут Владимир Яковлевич Шаинский предлагал написать какие-то песни вместе, такие вот странные проекты. Никто не хочет повторения того, что уже было — это, в конце концов, скучно, это вроде как четвертый раз жениться на той же самой женщине. То есть как бы, очень интересно вместе общаться, может быть, что-то сделать, но хотелось бы, чтобы это не было, там, какой-нибудь очередной группой «Наутилус Помпилиус» в 18-м издании.
АП: У меня еще, по меньшей мере, два вопроса, мимо которых нельзя пройти никак, а времени совсем мало. Вот один из них: недавно у Вас в дневнике я прочитал — в он-лайновом, в «Livejournal»’е прочитал, как мне кажется, очень интересную философскую мысль о том, что Вы патологически не можете ни подчинять, ни подчиняться, и в то же время существуют люди, которым это доставляет удовольствие. Я правильно изложил суть?
ИК: Да, да, да. Это стихотворение, правда, было, но достаточно близкая передача прозой.
АП: Я прошу прощения, не могли бы Вы процитировать?
ИК: Нет, я плохо помню, если Вы мне откроете страницу, я, конечно, прочитаю его вслух, но мысль сводилась к тому, что, действительно, не всем людям дано вопреки, как многие считают, что это универсально, это врождено в гены, но далеко не все люди могут получать удовольствие от того, чтобы быть начальником или быть подчиненным. Некоторые себя одинаково неловко чувствуют и в той, и в другой роли. Я себя отношу к этим самым некоторым, которые себя неловко чувствуют и в той, и в другой роли. Мне кажется, что генетически человек, как новое существо по сравнению с обезьяной, запрограммирован на свободу. Это является чисто человеческим качеством. А свобода подразумевает свободное сотрудничество, а не отношения подчиненности и подчинения. Может быть, это с моей стороны некоторая самонадеянность, но я считаю, что моя позиция является более человеческой и менее обезьяньей, по сравнению с позицией тех, которым нравится обязательно выступать в роли начальника и подчиненного.
ДБ: Вы авторитарный человек?
ИК: Я по своим политическим убеждениям анархист, последовательный анархист, и моя мечта об обществе, о человеческом состоянии, в котором окончательно разрушатся всякие отношения власти и рабства полностью, на 100 %, в котором каждый человек будет представлять собой полностью независимое существо. Я верю, что такое состояние может наступить, только вряд ли люди в этот момент будут выглядеть так, как они выглядят в настоящий момент. Возможно, это будут просто другие существа.
АП: Илья, ну и последний вопрос: очень коротко, что для Вас «Live Journal», «Живой журнал»? Сейчас все больше и больше там известных людей.
ИК: Это крайне анархическая, и именно поэтому пользующаяся популярностью форма общения, в которой разрушена всякая вертикальная иерархия, и в которой можно обратиться к какой-нибудь девушке, значит, из глухого…
АП: …заполярного поселка.
ИК: …шотландского села точно так же, как можно обратиться к Глебу Олеговичу Павловскому. И в этом смысле это вот разрушение этой вертикали… Я надеюсь, что у нас когда-нибудь будет мозг как какой-нибудь процессор, который руководит крупной мобильной компанией, вот маршрутизатор, который перемешивает все эти номера, который сможет одновременно устанавливать горизонтальные связи с тысячами людей.
ДБ: А этот мозг, он сам по себе не будет вершиной вертикали, управлять всем?
ИК: Нет, потому что он будет сообщаться с тысячью таких же мозгов, которые будут одновременно держать тысячу контактов, т. е. человеческий мозг уподобится интернету и сможет одновременно вести беседу с тысячами оппонентов. То мнение, которое будет возникать, оно и будет, наконец, походить на эту чертову демократию, о которой только с утра до вечера радио «Эхо Москвы» и говорит.
ДБ: Большое спасибо.
АП: Отлично, мне кажется.
ДБ: Илья Кормильцев был у нас в гостях сегодня. Вам большое спасибо, и приходите к нам еще. Пока.
