ИК: Мне по-своему дороги все книги, которые уже вышли в свет. Я хотел бы обратить внимание на тех авторов, которых знают меньше. Например, на книгу Олега Шишкина «Красный Франкенштейн». Это очень интересное историческое исследование о малоизвестных моментах в советской истории, когда совершенно серьезно была поставлена задача о гибридизации человека и человекообразной обезьяны, для чего, собственно, и создавался Сухумский обезьяний питомник. Шли работы по созданию человека для работы в шахтах, рудниках, для испытаний лекарств и т. п. (Как позже выяснилось, для всего этого гораздо проще было обеспечить достаточное количество зеков…) Книга спорная, но это не фантазия. В ней использованы засекреченные документы. Заслуживает внимания «Революционное убийство» Хьюи Ньютона. Она хорошо написана, читается как биография, как исповедь. У нас люди не представляют, откуда пошло негритянское движение. Никто не знает, что в раздувании черного самосознания в Америке огромную роль сыграл Китай! Автор написал эту книгу в тюрьме…
Из книг, которые выйдут в ближайшее время, очень забавной могу назвать биографию и жизнеописание Антона Шандора ЛаВея, создателя всемирной церкви Сатаны, единственной в мире зарегистрированной и признанной официально сатанистской организацией, которая существует в Америке. В Лос-Анджелесе — главный храм. Эта религия основана на том, что сатана учит тебя заботиться только о самом себе. Но это возможно, если люди вокруг будут тебя любить, с готовностью выполнять все твои желания. И не ты им будешь служить, а они тебе… Основной паствой этой церкви были и остаются звезды Голливуда. А история ЛаВея интересна сама по себе. Он не был магом или убежденным сатанистом. Скорее, ловким фокусником, который хорошо понял, что нужно американскому общественному сознанию. Чем-то он напоминает такого духовного Остапа Бендера. Автор — американская исследовательница ЛаВея Бланш Бартон.
МШ: А я хотел вас спросить, что вас в этой жизни удивляет! После услышанного вроде бы и неловко такое спрашивать…
ИК: Удивляет? Сам факт этой жизни…
Илья Кормильцев хорошо известен большинству наших левых читателей как поэт, автор прекрасных текстов раннего «Наутилуса». Как автор переводов наиболее интересных образцов современной зарубежной книги — в частности, отлично сделанного перевода «На игле» Ирвина Уэлша. Как основатель издательства «Ультра. Культура», лидирующего в публикации прогрессивной литературы. Степень его культурного влияния на формирование нового поколения российской левой весьма велика. В интервью communist.ru Илья Кормильцев говорит о недавнем контрреволюционном прошлом погибшего советского рока и перспективе новой культуры социального протеста.
Корр: Илья, музыка и стихи «Наутилуса» конца 1980-х годов — были ли они революционными, носили ли революционный характер?
ИК: Стоя на материалистических позициях, — на историко-материалистических позициях, — скажем, что революционное — это ведь функция момента и функция восприятия. А не объективная функция данного произведения. Сейчас, когда мы смотрим пьесу Ордонье (такая ветхая фигня), очень трудно понять, почему она когда-то поднимала массы Франции на революцию. То есть все определяется в контексте. Вообще, не существует какой-то безразмерной революционности, которая присуща тексту, музыке, художественному произведению «во все времена», навсегда. И не может быть, естественно, она всегда конкретно историческая. Вот можно сказать, что в конкретно-исторический момент эти произведения были отчасти революционные, поскольку содержали в себе некий критический социальный потенциал, хотя он не был их главным содержанием. Это было художественное творчество, решались художественные задачи, но преломившись в определенном историческом, политическом моменте оно могло иметь и имело революционный потенциал.
