О, нет! Я не хочу, чтоб пали мы с тобойВ объятья страшные. Чтоб долго длились муки,Когда — ни расплести сцепившиеся руки,Ни разомкнуть уста — нельзя во тьме ночной!Я слепнуть не хочу от молньи грозовой,Ни слушать скрипок вой (неистовые звуки!),Ни испытать прибой неизреченной скуки,Зарывшись в пепел твой горящей головой!Как первый человек, божественным сгорая,Хочу вернуть навек на синий берег раяТебя, убив всю ложь и уничтожив яд…Но ты меня зовешь! Твой ядовитый взглядИной пророчит рай! — Я уступаю, зная,Что твой змеиный рай — бездонной скуки ад.
Февраль 1912
5Вновь у себя… Унижен, зол и рад. Ночь, день ли там, в окне?Вон месяц, как паяц, над кровлями громад Гримасу корчит мне…Дневное солнце — прочь, раскаяние — прочь! Кто смеет мне помочь?В опустошенный мозг ворвется только ночь, Ворвется только ночь!В пустую грудь один, один проникнет взгляд, Вопьется жадный взгляд…Всё отойдет навек, настанет никогда, Когда ты крикнешь: Да!
29 января 1914
6Испугом схвачена, влекома В водоворот…Как эта комната знакома! И всё навек пройдет?И, в ужасе, несвязно шепчет… И, скрыв лицо,Пугливых рук свивает крепче Певучее кольцо……И утра первый луч звенящий Сквозь желтых штор…И чертит бог на теле спящей Свой световой узор.
2 января 1914
7Ночь — как века, и томный трепет, И страстный бред,Уст о блаженно-странном лепет,В окне — старинный, слабый свет.Несбыточные уверенья, Нет, не слова —То, что теряет всё значенье,Забрежжит бледный день едва…Тогда — во взгляде глаз усталом — Твоя в нем ложь!Тогда мой рот извивом алымНа твой таинственно похож!
27 декабря 1913
8Я ее победил, наконец!Я завлек ее в мой дворец!Три свечи в бесконечной дали.Мы в тяжелых коврах, в пыли.И под смуглым огнем трех свечСмуглый бархат открытых плеч,Буря спутанных кос, тусклый глаз,На кольце — померкший алмаз,И обугленный рот в кровиЕще просит пыток любви…А в провале глухих око́нСмутный шелест многих знамен,Звон, и трубы, и конский топ,И качается тяжкий гроб.— О, любимый, мы не одни!О, несчастный, гаси огни!..— Отгони непонятный страх —Это кровь прошумела в ушах.Близок вой похоронных труб,Смутен вздох охладевших губ:— Мой красавец, позор мой, бич…Ночь бросает свой мглистый клич,Гаснут свечи, глаза, слова…— Ты мертва, наконец, мертва!Знаю, выпил я кровь твою…Я кладу тебя в гроб и пою, —Мглистой ночью о нежной веснеБудет петь твоя кровь во мне!
