Бе некая вдова царска роду и предала себя ко спасению, от церкви николиже отхождаше. И бысть у нея три сыны велелепны и велеозарны, молитвою же матери своея деюще храбрость о делех своих. У той же въдовы бысть дщерь велелепна и велеозарна красотою лица своего. И услыша о красоте
И прииде же вдова та от церкви Божии, и не обрете прекрасной своей дщери, и нача вопрошати в дому своем от раб своих и рабынь о прекрасной своей дщери, и рекоша ей вси рабы дому ея: «Не ведаем, госпожа, дщери твоей прекрасной». Но токмо едина жена стара дому того видела и сказала госпоже своей вдове: «Прииде, госпожа, Аравитцкие земли Амир царь, и
И слышав же то вдова от рабы своея и нача терзати власы главы своея и лице, и нача плакати о прекрасной своей дщери и рече: «Увы мне, окаянной вдовице, аще бы были чада моя дома, да, шедъ бы, угонили Амира царя и отняли бы сестру свою». По мале же времяни приидоша в домъ чада ея и видевше плачь матери своея, и начаша вопрошати матери своея: «Скажи намъ, мати наша, кто тя обидил, царь ли или князь града сего? Токмо нас не будетъ в животе, то же ты обидима будешь». Рече жь имъ мати их: «Чада моя милая, никимже не обижена града сего, развее имели есте у ся вы едину сестру, и та ныне исхищена руками Амира, царя Аравитцкие земли, и урва ми сердечное корение и унзе мя, яко бездушную трость. А ныне заклинаю вы, чада моя возлюбленная, да не преслушати вамъ заповеди моея: идите вы, и угоните Амира царя и отоймите сестрицу свою прекрасную. Аще сестры своея не возмете, и вы и сами тамо главы своя
