Том 4 полностью

Методы работы РКИ должны состоять в том, чтобы вскрывать основные изъяны. Я знаю, что этот путь РКИ очень труден, что он вызывает часто недовольство со стороны некоторых работников ревизуемых учреждений, я знаю, что часто честнейших работников РКИ преследует ненависть со стороны некоторых зарвавшихся чиновников, а также некоторых коммунистов, которые голосу этих чиновников поддаются. Но этого рабоче-крестьянская инспекция не должна бояться. Она должна иметь перед собой основную заповедь: не щадить отдельных лиц, какое бы они положение ни занимали, щадить только дело, только интересы дела.

Задача эта очень трудная и деликатная, она требует большой выдержки и большой чистоты, безукоризненной чистоты со стороны работников. К прискорбию, я должен сказать, что в ходе нескольких фактических ревизий некоторых учреждений, здесь у нас в Москве, сами агенты контроля оказались не на высоте призвания. Я должен заявить, что против таких агентов комиссариат будет неумолим. Комиссариат будет требовать применения к ним строжайшей меры наказания, ибо они пачкают честь работников рабоче-крестьянской инспекции. Если на долю рабоче-крестьянской инспекции выпала высокая задача исправлять недочеты наших учреждений, помогать работникам этих учреждений идти вперед — совершенствоваться, если рабоче-крестьянской инспекции поставлена задача не щадить никого, а щадить только интересы дела, очевидно, что сами работники РКИ должны быть чисты, безукоризненны и беспощадны в своей правде. Это абсолютно необходимо для того, чтобы они могли иметь не только формальное, но и моральное право ревизовать других, учить других.

“Известия Рабоче-Крестьянской Инспекции” № 9-10, ноябрь-декабрь 1920 г.

В настоящую брошюру вошли всего лишь три статьи по национальному вопросу. Определенный подбор статей, сделанный издательством, имеет, по-видимому, тот смысл, что избранные три статьи отражают три важнейших периода в решении национального вопроса в рядах нашей партии, причем брошюра в целом имеет целью, очевидно, дать более или менее цельную картину политики нашей партии по национальному вопросу.

Первая статья (“Марксизм и национальный вопрос”, см. журнал “Просвещение”, 1913 г.)[105] отражает период принципиальных дискуссий по национальному вопросу в рядах российской социал-демократии в эпоху помещичье-царистской реакции за полтора года до начала империалистической войны, в эпоху нарастания буржуазно-демократической революции в России. Две теории нации боролись тогда и, соответственно, две национальные программы: австрийская, поддержанная Бундом и меньшевиками, и русская, большевистская. Характеристику обоих течений читатель найдет в статье. Последующие события, особенно же империалистическая война и распадение Австро-Венгрии на отдельные национальные государства, воочию показали, на чьей стороне правда. Теперь, когда Шпрингер и Бауэр сидят у разбитого корыта своей национальной программы, едва ли можно сомневаться в том, что история осудила “австрийскую школу”. Даже Бунд должен был признать, что “требование национально-культурной автономии (т. е. австрийской национальной программы. И. Ст.), выставленное в рамках капиталистического строя, теряет свой смысл в условиях социалистической революции” (см. “XII конф. Бунда”, 1920 г.). Бунд и не подозревает, что тем самым он признал (нечаянно признал) принципиальную несостоятельность теоретических основ австрийской национальной программы, принципиальную несостоятельность австрийской теории нации.