С крутой горы несутся дровниНа лед морской, — без лошадей, —И налетают на шиповник,На снег развеерив детей…Сплошную массу ягод алых,Морозом хваченных и вялых,На фоне моря и песковПопутно я воспеть готов.И вновь, под крики и визжаньеШалящей шалой детворы.Идет веселое катаньеНа лед морской с крутой горы!
1923 г.
<p>Пенье стихов</p>О вы, поэзовечера,Но не на блещущей эстраде,А на лужайке у костра, —Не денег, а искусства ради, —Признательный, забуду ль вас?Благословен счастливый час,Когда, свернув и спрятав лески,Поужинав своей ухой,Мы возвращаемся домойЧерез лесок, где спят березки,Петь соловьизы, как псалмы,Петь, как умеем только мы:Благоговейно, вдохновенно,Переживая каждый слог…О, жизнь, простая, как цветок,Да будешь ты благословенна!
1923 г.
<p>Тюли лучистые</p>От вьюги снег в полях муаров,Сиренево-голубоват.И рядом грохотных ударовМорской пустой простор объят.Сверкает солнце. Вьюга тюлиЛучисто-снеговые ткет.Снежинки, — золотые пули, —Летят в раскрытый смехом рот…Попали мы на праздник вьюги,Как дети, радые ему.А к ночи в призраковом цугеУвидим самое зиму.(На миг запнулся стиль надежный,Но… не «саму», а «самое»,Согласно этике падежной,Звучащей что-то «не тае»…)
