Когда берет художник в долгУ человека развитого,Тот выполняет лишь свой долг,Художнику давая в долг,Оберегая, чтобы толкНе тронул музника святого,Берущего в несчастье в долгУ человека развитого.<p>«Остерегайся, музарь, брать…»</p>Остерегайся, музарь, братьПоддержку для себя от хама:Тебя измучит хамья ратьУпреками, что смел ты брать.Хам станет так тебя карать,Что заболеешь ты от срама.Остерегись, художник, братьЧто-либо для себя от хама.<p>«Интеллигентный человек…»</p>Интеллигентный человекГордится музарю подмогой:Ведь музарь озаряет век.И всякий чуткий человек,Живых оберегатель рек, —Стремится, чтоб своей дорогойТекла река. Тот — человек,Кто горд возможною подмогой.<p>«Теперь, когда телятся луны…»</p>Теперь, когда «телятся луны»И бык «лунеет» от тоски,Мне хочется порвать все струны, —Теперь, когда «телятся луны»,И трупами смердят лагуны,И вместо гласов — голоски…О век, когда «телятся луны»И бык «лунеет» от тоски!..
1923 г.
<p>Послание Борису Правдину о его коте «Бодлэр»</p>
Прекрасно озеро Чудское…
ЯзыковВаш кот Бодлэр мне кажется похожимНа чертика, на мышку и крота.Даст сто очков всем смехотворным рожамСмешная морда Вашего кота.Нет любознательней и нет ручнее,Проказливей и веселей, чем он.Моя жена (целуется он с нею!)Уверена, что он в нее влюблен…О нем мы вспоминаем здесь с тоскоюИ лишь о нем поэтова мечта…О, как прекрасно озеро Чудское,Создавшее подобного кота.
Двинск, 1927 г.
<p>Шелковистый хлыстик</p><p>Парижские Жоржики</p>Два Жоржика в ПарижеС припрыжкой кенгуру, —Погуще и пожиже, —Затеяли игру.Один, расставя бюстыПоэтов мировых,Их мажет дегтем густо,Оплевывает их.Другой же тщетно памятьБеспамятную трет,И, говоря меж нами,Напропалую врет.Полны мальчишки рвенья,Достойного похвал,Из вздора нижут звеньяИ издают журнал.«Звено» мальчишек глупо,Как полое звено,Но все ж тарелку супаПриносит им оно.Зане есть зритель, падкийДо мыльных пузырей.Ах, знает мальчик гадкий,У чьих шалит дверей!Ведь в том-то все и дело,Таков уж песни тон:В столице оголтелойЖивет один Антон.Его воззренья крайниНа многие дела,Мальчишек любит втайне,Их прыть ему мила.А так как не без весаСей старый господин,Антону льстит повесаИ друг его — кретин.За это под защитуМальчишек взял Антон,И цыкает сердитоНа несогласных он:Не тронь его мальчишек, —И жидких, и пустых,Отчаянных лгунишек,По-новому простых.Их шалости глубинныИх пошлости тонки.Мальчишки неповинныЗа все свои грешки…«Погуще» и «пожиже»За старца пьют вино.Вот почему в ПарижеИ нижется «Звено».
