Уже Сентябрь над Новым СветомПозолотил свой синий газ,И фешенебельным каретамОтрадно мчаться всем зараз…Дань отдаем соблазнам стольким,Что вскоре раздадим всю дань…Глаза скользят по встречным полькам,И всюду — шик, куда ни глянь!Они проходят в черных тальмахИ гофрированных боа.Их стройность говорит о пальмахТам где-нибудь на Самоа…Они — как персики с крюшоном:Ледок, и аромат, и сласть.И в языке их притушенномТакая сдержанная страсть…Изысканный шедевр Guerlain'a —Вервэна — в воздухе плыветИ, как поэзия Верлэна,В сердцах растапливает лед.Идем назад по Маршалковской,Что солнышком накалена,Заходим на часок к Липковской:Она два дня уже больна.Мы — в расфуфыренном отэле,Где в коридорах полумгла.Снегурочка лежит в постелиИ лишь полнеет от тепла…Лик героини ОфенбахаНам улыбается в мехах,И я на пуф сажусь с размаха,Стоящий у нее в ногах.И увлечен рассказом близкимО пальмах, море и сельце,Любуюсь зноем австралийскимВ игрушечном ее лице…
Варшава
1924 г.
<p>Послания</p><p>Солнечной женщине</p>
А.Д.Б.
У Гетеборгского каналаЕсть местность «Солнечный залив»,Где зорь полярных перелив.Там женщина, что счастье знала, —Невероятное, как миф, —Утерянное вдруг, — бывала,В слезах печаль свою излив.Там, под опекой мудрых шведов,Растет ее ребенок — сын.Он в жизни у нее одинВосторг. Она, удар изведав,От преждевременных седин,От горя и от мрачных бредовВ нем зрит забвенья альмандин…Быв мужу солнечной женою,Будь сыну солнечная мать!Как жизнь ни стала бы ломатьТебя, пребудь сама собою:Величественной и простою.Мечты с Надземным перевив,Не бойся бедствия сигналаУ Гетеборгского канала —В местечке «Солнечный залив»!..
1923 г.
<p>«Паганелю»</p>
А.Н.Ч.
Не знаю — в этой жизни, в той ли,Но мне сдается, были в ТойлеКогда-то Вы, мой рыболов.Сдается это оттого мне,Что нет для ловли мест укромнейИ нет для песен лучших слов.Мы вскоре ждем весну-вакханку.Вы, захватив свою датчанку —Невесту, приезжайте к нам,Свое исполнив обещаньеПослушать наших рек журчанье,Побегать с нами по лесам.Я вспоминаю, как в БерлинеВы тосковали о долине,О людях, о восплесках рек,О говоре священном леса —Я вспоминаю. Ах, профессор,Не из людей Вы человек!..Недаром старого ГеоргаВы друг, исполненный восторга,И Скандинавии певец.Отдайте ж Брандесу приветы —Весь жар от русского поэта —Ловца форелей и сердец!
