Том 4. Письма 1820-1849 полностью

Разлука с дочерьми, которых я оставляю в институте, оказалась для меня тяжелее, чем я мог предполагать. Я не думал, что у меня такое <1 нрзб> сердце, поистине — стоит жить, чтобы так остро чувствовать.

Прости, любезный Николушка. — Что-то нас ждет между этим прости и первым здравствуй?

Ф. Т.

Ce 22/10 octobre

Je n’ai pas besoin de vous assurer, chers papa et maman, combien je suis impatient de me retrouver au milieu de vous. Mais on me dit de toute part que je ne peux pas de m’en aller d’ici sans avoir vu le Cte N. — Soit, bien que pour mon compte je n’attends rien de cette entrevue. Il est arriv'e ici la semaine derni`ere, et j’esp`ere arriver jusqu’`a lui, d’ici `a quelques jours^*. Ici d’ailleurs on nous fait g'en'eralement l’accueil le plus aimable. Ma femme est toute 'emerveill'ee de cette sociabilit'e sans 'egale. Au bout de quelques jours elle se trouve avoir un cercle de connaissances presque aussi 'etendu que celui qu’elle a laiss'e en Allemagne. Moi-m^eme, je ne m’attendais gu`eres, j’avoue, `a tant de bienveillance et d’empressement. Mais ce qui au milieu de toutes ces d'emonstrations me fait le plus de plaisir, ce sont les marques d’int'er^et que je rencontre de toute part pour le compte de notre pauvre et ch`ere Doroth'ee^*. Tout le monde me parle d’elle et me demande de ses nouvelles.

Que savez-vous de Nicolas? Songe-t-il `a venir `a Moscou?

Encore une fois, j’ai h^ate de vous revoir et je m’en veux de cette sotte diff'erence pour l’opinion d’autrui qui me retient ici. Adieu. Je baise vos mains.

T. T.

22/10 октября

Мне нечего уверять вас, любезнейшие папинька и маминька, сколь нетерпеливо я желаю оказаться среди вас. Но мне говорят со всех сторон, что я не могу уехать отсюда, не повидавшись с графом Нессельроде. — Ну хорошо, хотя я лично ничего не жду от этого свидания. Он приехал сюда на прошлой неделе, и я надеюсь попасть к нему через несколько дней^*. К тому же здесь нам оказывают обычно самый любезный прием. Моя жена совсем изумлена этой общительностью, не имеющей себе равной. К концу двух недель у нее оказался круг знакомых почти столь же обширный, как тот, что она оставила в Германии. Признаюсь, я сам ничуть не ожидал такой благожелательности и предупредительности. Но что посреди всех этих изъявлений доставляет мне наибольшее удовольствие, это знаки сочувствия, которые я со всех сторон встречаю по отношению к нашей бедной и милой Дашиньке^*. Все говорят мне о ней и спрашивают про нее.

Что знаете вы о Николушке? Думает ли он приехать в Москву? Еще раз, мне не терпится свидеться с вами и я сетую на себя за это глупое уважение к чужому мнению, которое удерживает меня здесь. Простите. Целую ваши ручки.

Ф. Т.

St-P'etersbourg. Ce 12/24 oct 1844