Том 4. Письма 1820-1849 полностью

Je partirai d’ici apr`es-demain, c’est-`a-d le 18, et j’esp`ere ^etre `a Varsovie avant le 21, tu devrais bien, `a tout hasard, m’adresser l`a une lettre poste-restante. J’ai pass'e ici une douzaine de jours et je me flatte que ce s'ejour ne sera pas sans r'esultat. La Grande-Duchesse et toute sa famille m’ont combl'e de gracieuset'es, la Grande-Duchesse surtout qui est une bien excellente femme. En un mot, elle m’a promis de s’employer de la mani`ere la plus active en faveur d’Anna aupr`es du Grand-Duc H<'eritier> et de sa femme qu’elle attend `a voir ici vers la fin de ce mois. Mais c’est surtout la mani`ere dont cette bonne volont'e s’exprime qui est vraiment gracieuse^*.

Je d^inais presque tous les jours chez elle ou j’y passais la soir'ee. Hier j’ai pass'e la soir'ee chez son fils, le G-Duc h'er'editaire o`u je trouvais son beau-p`ere, le Roi des P-Bas qui se trouve ici depuis quelques jours^*. En somme, si l’accueil des indiff'erents pouvait me tenir lieu de ta pr'esence, il est certain que je n’'eprouverais pas l’impatience que j’'eprouve de te revoir. C’est bien stupide, je le sais, mais il para^it que c’est d’une stupidit'e d'efinitive.

Adieu, ma chatte, j’'ecorche le papier au lieu d’'ecrire. Puisse cette lettre te trouver bien portante et d'ej`a cas'ee. J’embrasse les enfants 1 fois, et toi, mille. T. T.

Веймар. 4/16 сентября 1847

Милая кисанька, сегодня я получил твое письмо из Гапсаля от 3 числа сего месяца и, пользуясь проездом через Веймар курьера великого князя наследника, отвечаю тебе. Твое письмо слегка меня обескуражило, потому что я надеялся, что ты сообщишь мне о своем приезде в Петербург. Я бы предпочел знать, что ты уже там. Что касается до твоего беспокойства обо мне, ты знаешь, что оно совершенно безосновательно и что ничего всерьез плохого со мной случиться не может. Вообще говоря, беспокоиться на этом свете стоит только о тебе, да и то только тогда, когда меня нет с тобой рядом. Так, к примеру, в твоем письме есть задевшая меня фраза. Говоря о своем здоровье, ты пишешь, что оно стало лучше и что ты чувствуешь меньше боли в груди. Меньше боли, как мило, особенно в преддверии зимы. Я полагаю, что по твоем возвращении в Петербург, которое, по моим расчетам, состоится 9-10-го числа этого месяца, тебя будет ожидать мое письмо, которое я адресую в дом Сафонова^*. Ты, кажется, знаешь, что я решился возвращаться через Варшаву, и, думаю, ты одобришь мой маршрут. Погода, которая держится, по крайней мере, два последних дня и, вероятно, не изменится и впредь, не оставляет возможности для выбора. Так что я буду держаться выбранного маршрута! Я поеду через Лейпциг, Дрезден, Бреслау, Варшаву. Благодаря железной дороге поездка будет, надеюсь, столь же экономной, сколь скорой. Серьезные сложности начнутся после Варшавы, но я тебе уже писал, что в Варшаве граф Орлов предоставит в мое распоряжение свою карету.

Я выезжаю отсюда послезавтра, то есть 18-го, и надеюсь быть в Варшаве около 21-го; ты хорошо сделаешь, если на всякий случай пришлешь мне туда письмо до востребования. Я провел здесь двенадцать дней и льщу себя надеждой, что мое пребывание не лишено успеха. Великая герцогиня и вся ее семья осыпали меня любезностями, особенно сама великая герцогиня. Это поистине бесценная женщина. Одним словом, она обещала мне похлопотать, употребив все усилия, за Анну перед великим князем наследником и его супругой, которых она ожидает здесь к концу месяца. Но особенно приятно было то, как ласково она выразила свою готовность помочь^*.

Я почти каждый день обедал у нее или проводил вечер. Вчера я провел вечер у ее сына, наследного великого герцога, где застал его тестя, нидерландского короля, который находится здесь уже несколько дней^*. Словом, если бы прием, оказанный мне безразличными людьми, мог заменить мне твое присутствие, то я бы, конечно, не испытывал того нетерпения увидеть тебя, какое теперь испытываю. Это очень глупо, я понимаю, но, похоже, эта глупость уже неисправима.