«Пред зеркалом, бывало, целый часТо волосы пригладит, то красивыйЦветок пришпилит к ним; движенью глаз,Головке наклоненной вид ленивыйПридав, стоит… и учится; не разХотелось мне совет ей дать лукавый;Но ум ее и сметливый и здравыйОтгадывал всё мигом сам собой;Так годы шли безмолвной чередой;И вот настал тот возраст, о которомТак полны ваши книги всяким вздором.25«То был великий день: семнадцать лет!Всё, что досель таилось за решеткой,Теперь надменно явится на свет!Старик-отец послал за старой теткой,И съехались родные на совет.Их затруднял удачный выбор бала.Что? будет двор иль нет? — Иных пугалаЗастенчивость дикарки молодой;Но очень тонко замечал другой,Что это вид ей даст оригинальный;Потом наряд осматривали бальный.26«Но вот настал и вечер роковой.Она с утра была, как в лихорадке;Поплакала немножко, золотойБраслет сломала, в суетах перчаткиРазорвала… со страхом и тоскойОна в карету села и дорогойБыла полна мучительной тревогой;И выходя споткнулась на крыльце.И с бледностью печальной на лицеВступила в залу… Странный шопот встретилЕе явленье: свет ее заметил.27«Кипел, сиял уж в полном блеске бал.Тут было всё, что называют светом…Не я ему названье это дал,Хоть смысл глубокий есть в названьи этом.Своих друзей я тут бы не узнал;Улыбки, лица лгали так искусно,Что даже мне чуть-чуть не стало грустно.Прислушаться хотел я — но едваЛовил мой слух летучие слова,Отрывки безыменных чувств и мнений —Эпиграфы неведомых творений!..· · ·<p>Демон<a l:href="#t_le4389_41"><sup>*</sup></a></p>Восточная повесть<p>Часть I</p>IПечальный Демон, дух изгнанья,Летал над грешною землей,И лучших дней воспоминаньяПред ним теснилися толпой;Тех дней, когда в жилище светаБлистал он, чистый херувим,Когда бегущая кометаУлыбкой ласковой приветаЛюбила поменяться с ним,Когда сквозь вечные туманы,Познанья жадный, он следилКочующие караваныВ пространстве брошенных светил;Когда он верил и любил,Счастливый первенец творенья!Не знал ни злобы, ни сомненья,И не грозил уму егоВеков бесплодных ряд унылый…И много, много… и всегоПрипомнить не имел он силы!IIДавно отверженный блуждалВ пустыне мира без приюта:Вослед за веком век бежал,Как за минутою минута,Однообразной чередой.Ничтожной властвуя землей,Он сеял зло без наслажденья.Нигде искусству своемуОн не встречал сопротивленья —И зло наскучило ему.III
