Том 5. Багровый остров полностью

Артур. Ай. Бег. Йор. Пардон![55] Not at all! Ничего подобного! Тараканы бегут на открытой доске с бумажными наездниками. Никаких шансов! Тараканы живут в опечатанном ящике под наблюдением профессора зоологии Казанского университета, еле спасшегося от рук большевиков! Итак, к началу! Maintenant, nous commençons. (Проваливается.)

Толпа игроков хлынула в карусель, мальчишки гирляндой висят на каменном заборе. Гул в карусели. Потом мертвое молчание. Затем оркестр гармошек заиграл «Светит месяц». В музыке побежали, шурша, тараканьи лапки. Голос в карусели: «Побежали!»

Мальчишка-грек (похожий на дьяволенка, танцует на стене). Побезали, побезали!

Голос в карусели: «Янычар сбоит!» Гул в карусели.

Чарнота (примостившись у кассы, в волнении). Как сбоит? Быть этого не может!

Голос в карусели: «Не плачь, дитя! Не плачь, дитя!» Другой голос: «Давай, давай, давай!»

(Беспокойно.) Убить Артурку мало!

Личико беспокойно высовывается из кассы. В карусели взрыв аплодисментов, затем сверлящий свист, полицейские проявляют беспокойство.

Турок-полицейский. О, бу, руссляр! Шамди гавха оладжан он лар ичин![56]

Фигура (выскакивает из карусели). Жульничество! Артурка пивом споил Янычара!!

Чарнота. Ах сукин сын!

Артур (вырывается из карусели. Обе фалды фрака у него оторваны и цилиндр превращен в лепешку. Кричит). Мария Константиновна, зовите полицию!

Итальянец-полицейский исчезает. Личико захлопывает окно кассы и убегает.

Итальянцы-матросы (вылетают из карусели, гонятся за Артуром). Ladro! Scroccone! Truffatore![57]

Проститутка-красавица (вылетает из карусели). Бей его! Джанни! Ingannatore![58]

Матросы-англичане (выбегают с победоносными криками). Hip, hip, hurrah! Long live, Pugowitza![59]

Проститутка-красавица (вскочив на стол в ресторане, кричит). Братики! Fratelli! Боцмана́ с «Вице-короля Индии» подкупили Артура, чтобы Пуговицу играть! Фаворит трясет лапками, пьяный, как зюзя, где видано, чтобы Янычар сбоил!.. Oh, you raddle![60]

Артур (отчаянно). Я вас спрашиваю, где вы видели когда-либо пьяного таракана? Je vous demande un peu, оú est-ce que vous àvez vu un cafard soûl? Police! Police! Au secours![61] Ella sbaglia, signore![62] Elle est toguée![63]

Проститутка-красавица. Mensonge![64] Вся публика играла Янычара! Бейте его, мошенника!

Итальянец-матрос (схватывает Артура за глотку). Ah, cattivo soggetto! Ah![65]

Артур (томно). Убивают...

Боцман-англичанин (итальянцу). Stop! Keep back! Or else I’ll smash you![66]

Ударяет итальянца так, что тот падает как срезанный.

Итальянцы-матросы. Ah! A soccorso, fratelli![67]

Проститутка-красавица. Бейте, братишки, «Вице-роя Индии»! Итальянцы, на помощь! Oh, bloody rood![68] Ножами их, ножами!

Англичане методически готовятся к бою — выламывают ножки у стульев в ресторане. Бьют стекла, берут шампанские бутылки.

Итальянцы бледнеют и вытаскивают ножи. При виде ножей публика с воем бросается в разные стороны.

Мальчишка-грек (танцует на стене). Англицанов резут, англицанов резут!

Сцена в карусели летит в одну сторону, публика в другую, и вдруг из переулка влетает личико. За ним, свистя, врезается между англичанами и итальянцами шеренга итальянских полицейских с револьверами. Карусель во тьме проваливается. Настает тишина, и течет новый сон...

Мадрид — город испанский.

Появляется двор с кипарисами. Двухэтажный дом с галереей. В стене водоем с краном. Тихо стучат капли воды. Каменная скамья у калитки. Переулок над домиком пустынный. Солнце садится за балюстраду минарета, нависшего над двориком. Первые фиолетовые предвечерние тени, но очень душно. Константинополь звучит глухо, приятно, и сладкий тенор поет по-татарски: «Ай, вай, лимонад, сусса ика и шарго!»

Чарнота (входит и присаживается на скамью). Сукина Пуговица! Впрочем, дело не в Пуговице, а в том, что я пропал бесповоротно. Съест, съест, съест! Убежать, что ли? А куда, если спросить вас, ваше превосходительство, побежите? Здесь вам не Таврия, бегать не полагается. Ай, вай, лимонад!..

Наконец решается и входит во двор. Тотчас дверь на галерейку открывается и из комнаты выходит Люська. Она в незастегнутом платье. Она голодна. От этого глаза ее блестящи, а лицо дышит неземною, но мимолетной красою.

Люська. А! Здравия желаю, ваше превосходительство. Бонжур, мадам Барабанчикова!

Чарнота. Здравствуй, Люсенька!