– Это разные вещи. Для вас это месть, но если я завтра убью кого-нибудь, меня арестуют и вздернут, не сделав скидки на благородную и справедливую месть подлецу.
– Это должно выглядеть как несчастный случай. Или самоубийство, – сказал Ренлинг. – Так поступал Мэллори, когда избавлялся от наших людей.
Корридон сделал вид, что раздумывает над полученной информацией, хотя в этом не было никакой необходимости. Его решение давно было принято.
– Риск в любом случае существует, – заметил он. – Давайте обсудим проблему с моей точки зрения. Вы хотите, чтобы я для вас таскал каштаны из огня. У меня лично к этому типу нет никаких претензий. Таких, как он, после войны расплодилось десятки. Стрелять в человека во время войны и теперь – разные вещи.
Ренлинг погасил сигарету, его лоб прорезала глубокая морщина.
– Бесполезно вертеться вокруг горшка, – проговорил он неожиданно резким тоном. – Или да, или нет. Так как?
– Нет. За тысячу фунтов.
Ренлинг с любопытством глянул на своего собеседника.
– Это значит?..
– Это значит, – отрезал Корридон, – что я готов выполнить все, что следует, но за несколько большую сумму. В сущности, вы сами предложили мне торг. Вы настаиваете, чтобы я рискнул своей единственной жизнью. Тысяча фунтов в этом случае меня никак не устраивает. Где гарантия, что этот тип не окажется похитрее меня и я не разделю участь ваших товарищей? Предположим, я выполню ваше задание, но допущу ошибку. В этом случае меня ждет виселица. И так и этак я рискую жизнью, а она, я надеюсь, стоит больше тысячи фунтов.
– Понимаю, – спокойно ответил Ренлинг. – Пожалуй, вы правы. Жаль, что мы не богаты, – простодушно добавил он. – Мне нужно посоветоваться с моими друзьями. При всех обстоятельствах мы не наскребем больше полутора тысяч фунтов. А если выложим такую сумму, то сами окажемся без шиллинга.
Корридон смотрел на открытое, честное лицо своего собеседника. Сам он любил торговаться, вести двойную игру, но Ренлинг был честен, и Корридон понял – он говорит правду, споры ни к чему не приведут.
Торг закончился, не успев начаться. Корридон немного подумал, потом пожал плечами.
– Хорошо. Я согласен. Полторы тысячи решают дело. Правда, я рассчитывал получить больше.
– Я понял это, – смеясь ответил Ренлинг. – Потому и выложил карты на стол. Не умею торговаться. Все нужно посоветоваться с остальными. Может, они сочтут, что это слишком дорого.
– Поговорите с ними. Но половина – сейчас, половина – после завершения операции. – Он с трудом удержался от улыбки. – Послушайте, что скажут ваши друзья.
Вошел Крей. Ренлинг выгнал его из соседней комнаты, чтобы он не мешал разговору с Жанной и Жаном. При виде Корридона, небрежно развалившегося в кресле, Крей сник.
– Сядь и не суетись! – Корридон был само радушие. – Мне приказано присмотреть за тобой.
– Что они собираются делать со мной? – захныкал Крей. – Ты знаешь, что они замышляют? Ты тоже с ними заодно?
Корридон закурил и сквозь дым сигареты посмотрел на Крея.
– Возможно, ты недалек от истины, – безразлично проговорил он. – У меня нет ни малейшего представления, что они намереваются сделать с тобой. Да мне и наплевать на это. Ты был не в своем уме, когда надумал заставить их плясать под твою дудку.
– Да… – согласился Крей, нервно вздрагивая. – Но ведь я не мог знать этого заранее! От одного вида этой девицы у меня мурашки по спине бегут. – Он бросил боязливый взгляд на дверь. – Она способна на все… Мне кажется, она сумасшедшая.
– Никогда не знаешь, чего можно ждать от иностранцев. На твоем месте я бы не заходил так далеко.
– Вот уже четыре дня, как они здесь, – снова заныл Крей, ломая пальцы. – Я не могу сделать и шага, чтобы кто-то из них не был рядом. Это уже не мой дом! Так жить невозможно. О Боже, когда же это все кончится!..
– Не надо было лезть в их карман.
Лицо Крея покрылось краской, веко правого глаза задергалось.
– Они тебе рассказали?..
– Они объяснили мне, что ты карманный воришка и к тому же шантажист.
Крей начал оправдываться.
– Я остался без денег! Кстати, они не имеют права находиться в нашей стране, у них бумаги не в порядке. Их могут арестовать. Я… я только попросил у них пять фунтов.
– Не надо было их трогать! – безжалостно заметил Корридон, которому стали надоедать причитания Крея. – И не рассчитывай на мою помощь. Сам заварил эту кашу – сам и расхлебывай!
Крей, подвывая, метался по комнате.
– О Боже! Ты думаешь, что…
Он не закончил фразы, боясь сформулировать мысль, которая грызла его вот уже четверо суток, и бросил отчаянный взгляд на Корридона.
– Они меня измучили! Если бы хоть я знал, чего они хотят. Не хотят же они…
Он снова остановился перед Корридоном.
– Они не доверяют мне, вот что меня терзает! Я дал им слово и даже предложил поклясться на Библии…
– У тебя в доме есть Библия? – с насмешливой улыбкой поинтересовался Корридон.
Крей посмотрел на него с серьезным видом.
– Нет, но они могли бы купить ее. Я потом оплачу все расходы. – Голос его прервался. – Они не доверяют мне!..
Корридон зевнул.
– Ты бы не мог налить мне виски? Кстати, это твой виски или их?
