Курганов. Какой торжественно-прекрасный миг! Моя мечта – изобразить это на картине. Сияет месяц. Два отрока, две девы, юные, прекрасные. Тихо, безмолвно готовятся свершить последний обряд.
Лидия. Таинственный порог переступить разве не радостно? И разве не страшно?
Зоя. Не мы это сделаем, потому что на одеждах наших слишком много пыли, и души наши темны.
Мария. Надежды наши свершатся, мечта преобразит нас и жизнь нашу, и мы радостно войдем в прекрасную новую жизнь.
Зоя. Ты милая мечтательница, Мария, и за это я тебя люблю.
Курганов. Мария, когда я на тебя смотрю, я вспоминаю почему-то юность человечества и прекрасную царевну Навзикаю.
Лидия. А мне что ты скажешь?
Курганов. Ты знаешь больше, чем мы знаем. Хотя и не скажешь этого словами. Разве только глазами скажешь, глазами заклинательницы змей.
Лидия
Морев. Не осуждай, милая Лидия. Будем делать наше дело, верить и ждать.
Лидия. Так грустно! Я прочла одну за другою все наши двадцать две драмы. Страшно подумать, что ни одна из них не шла на большой сцене, и только одну мы поставили сами.
Морев
Лидия. Мне грустно.
Красновский. Итак, скоро мы увидим вас, Марья Павловна, на сцене?
Мария. Да, скоро. Через месяц. Я так волнуюсь. Боюсь. И так мечтаю.
Красновский. Вам все еще не надоело мечтать? Вы счастливая.
Мария. А вы, Алексей Николаевич, разве никогда не мечтаете?
Красновский. Предоставляю это занятие вам, артистам, художникам. А мы, юристы, народ положительный. Не очень размечтаешься, имея дело с сухими статьями законов и с разными запутанными казусами.
Мария. А я мечтаю, мечтаю.
Красновский. Все о ваших будущих победах?
Мария. Да, и о будущих победах. О завоеваниях нового искусства, о работе в новом театре. И все будущее представляется мне таким ярким и радостным.
Красновский. Однако мечты мечтами, а дело делом. Мечтая о новом театре, вы все-таки идете в старый, хороший, реалистический театр.
Зоя. Мы его преобразим, когда в него войдут молодые силы, художники, артисты, поэты.
Курганов. Мария еще нигде по-настоящему не играла, но уже ее заметили так же, как и Лидию. Ее уже везде охотно приглашают.
Красновский. А по-моему, Марья Павловна совершенно напрасно участвовала в этой пьесе с плясками. Показываться добрым людям в таком виде, по-моему, не следовало. Очень извиняюсь перед присутствующим автором, но, при всем уважении к его таланту, не могу восхищаться этою пьесою.
Мария. Нет, я очень рада, что в ней участвовала. Остался ряд таких милых воспоминаний.
Красновский. А вы забыли, что о вас тогда писали в газетах? А как ловко и вас, и Морева прохватил Инфантерский? Целые реки злословия и клеветы.
Мария. О, это все нас не смущает. Прохватить, как вы выражаетесь, всякий сумеет, тем более что толпе это нравится. Мы дорожим мнением только тех, кто думает и чувствует свежо и молодо.
Красновский. Лучше играйте Островского, Марья Павловна. Что вам еще надо? Зачем искать лучшего, когда у нас есть хороший театр с такими прекрасными традициями?
