чтоб голову склонитьмой косогор печальный!и волосы по ветрукак будто темью в воздух: все вдаль и вдаль —паденьем!по ветру до могилы(душа лишь одинокая — душа!)и шевеленьем — шепот (с остатками рыданья)с полынью — будто с явью(как в-крохах-осязаемо!)единственного в мире(как будто — вот: душа! — и руку —будто в воду!)и очень-моегосырого одиночества
|1980|
<p>поздний орешник</p>а — орешник? твоими орешникпятнамиржавостибуду ли — воображу ли? — немного(когда «состоянье»от этоговлажно)ветер сиротства! как знак — никому!—вот какой ты орешник!где-то — лишь как на отшибе —случайно включая(меня)ни к чемубудто в тумане прилескаотблеск «крестьянскости» без освещаемогобез освещаемых«жизни» какой-то остаткомв ветрев дождяхникому
|1980|
<p>подступы к подсолнухам</p>озаряюсь — и домаи все забываюи снова я — с братьямимне — только свет (и не знаю подробныевещи)снова — улыбкидавно по-себе-принимающийлия с благодарностьюс кру́гов-мерцаний-отцови только одно уже помню: как будто сиялисияньяв звонких проемах-касанияхзвонкости веянья женственно-жертвенныхсил:столь всеохватно — как мир — отовсюдумне — тоже сыну — шепча!—этим вы — самые женские женщины(ангелов — миру земли —драгоценней) —суть озарения! — этим-собоюнам — разрываемым-братьям-во-Родинетак озаряли укрытия-стены!..…и золото слез отблистало:воздухом-всею-страною-тоскоюищем — и веянье рвется:жизнь уменьшая: из плеч!(словно я всем человеком-сияниемв сушь — всех умов! — над землеюслабо направлен — мерцать:в доме сиянийподсолнухов поздних)
<p>и: утреница-звезда</p><p>(перерывы в занятиях)</p>
[чабе табайди]
а к осени — все чаще: как дитя(когда во сне — как свет)с душой-крылом невидным(со смесью ясного — со взрослостью —сиротства):не думаем мы: «что?» а словно окружаемсвеченьем восклицанья:«а чистота ты там»(о детскость так долга!)потом так много — нет! (как впрочем все что мы)а после мы — в умахи вновь — всего весомей(из буривыпавМира)а все жебеспрерывново сне — как дальний свет
