«Пришла» здесь же исправлено на «день». Кроме выброшенного, как обычно, союза и изменения глагольного вида, строчки обращают внимание перестановкой понятий. Эта особенность условности расстановки слов впервые замечена О. М. Бриком. Синтаксический носитель смысла меняется местами с подчиненной ему частью предложения.
«Строчками лбов» – следовало бы: «лбами строчек». С этим мы встретимся неоднократно.
«Имя этой теме
Замена в окончательном тексте слова «любовь» точками кажется нам не только зашифрованной или графической игрой. Многоточие указывает на большую значительность темы.
Уже в первом отрывке «Про это», разобранном только что, мы видим характерные особенности работы Маяковского над текстом. Построенное в виде защитительной речи о важности темы, вступление заострено, как ораторская речь. Тринадцать повторов, тринадцать доказательств важности этой темы, постоянно возвращают периодами к ней читателя. Эти возвращения характеризуются повторами, подкрепленными примерами. Сообразно с этими возвращениями все внимание устремлено на выделение главной цели, центральной мысли вступления. Стремление к наибольшей сжатости, наибольшей насыщенности речи характеризуется, во-первых, категоричностью утверждений, достигаемой при помощи выбрасывания всех подсобных, второстепенных частей предложения, обособляющих активность обращения, во-вторых – работой над глаголами, которые из описательных «явилась», «дать» переделываются в действенные «заявилась», «подать», «подтолкнет». Иногда они заменяются другими частями речи, также активизирующими своей динамикой фразу: «населяет» – «и на нем», «сидит» – «сейчас». Так же оживляются другие части предложения: «с разбега», «в разбеге» заменено «разбегом», переводящим опять-таки описание действия на самый акт действия. «Колотиться велела» – «колотись – велела». Все эти элементы работы мы встретим и в дальнейшем.
Следует упомянуть еще и о конкретности образов, взятых из действительности. «Эта тема придет, позвонится с кухни…»; «Посмотрела, скривись, в мое ежедневное…» Такое снижение образности весьма типично для метода работы Маяковского, как метода постоянного перевода плана литературного в план повседневной, обычной сегодняшней жизни. Итак: сгущение, сжатие, сэкономливание фразы, активизация ее через замену безличных частей речи частями, дающими самый процесс действия, перестановка их в положение, на которое падает комплексное ударение – логическое плюс ритмическое, и, наконец, снижение образа в план близких поэту условий жизни – вот черты метода Маяковского, намечающиеся уже в этой, вступительной части поэмы.
Первая строфа главы «Баллада Редингской тюрьмы» в черновике совершенно отсутствует. В черновике вещь начинается с
Зачеркнута последняя строка, исправлена на: «Он дать велит телефон».
Телефон, как указано было выше, стоял у хозяев квартиры. Это чисто описательное предложение своей схожестью с балладным обращением, должно быть, и натолкнуло Маяковского на дальнейшее оформление вещи как «баллады».
Зашифровка действующих лиц.
«Она и он
Зачеркнуто, сверху написано «баллада».
Найденное слово мотивировано первой, отсутствующей в черновике строфой: «Немолод очень лад баллад».
«не страшно нов я
Страшно то что он
это я
она – это жизнь моя».
Зачеркнуто «это жизнь», надписано «любовь». Сверх этого идет текст окончательный.
Строфа переделана в соответствии с общей тенденцией к краткости и действенности фразы. «Она – это жизнь моя» показалась отвлеченным общим местом. «Она – моя» вместо «она… жизнь моя» – без опосредствования вводным словом.
