Черчилль. Не сумеете… Большевиков надо уничтожить трижды, чтобы они погибли один раз. Я знаю, как это делать. Я знаю большевиков, я научился у них отваге, а ненависть у нас своя. Нет лучшей жизни, как их смерть, их горе, их кровь, последний возглас их потомков! Боже, дай нам их теплые трупы! Боже, бей их!
Черчилль зашелся в крике; искусственная челюсть вылетела у него изо рта; находившаяся поодаль Ева увидела упавшую возле нее челюсть, подняла ее, оглядела, подержала и равнодушно забросила в горную пропасть.
Климент. Гвак-гвак-энтимпаторум!
Черчилль(шипит беззубым ртом). Восславим бога перед битвой! Объединимся вокруг святыни!
Конгрессмен. Ура!
Делегаты конгресса берутся за руки и идут хороводом вкруг останков ковчега; одна Ева занимается камешками в стороне, и Полигнойс сидит один у радиоаппарата.
Герцогиня Винчестерская(к нунцию Клименту). Святой отец, разрешите приложиться к святыне.
Климент(с разрешающим жестом). Энтимпаторум!
Конгрессмен. Это можно. Снимите покрывало!
Цадик. Это я! Я сдерну!
Он сдергивает парчу; под парчой горка голых камней. Цадик быстро сворачивает парчу в трубку и берет ее себе под мышку.
Конгрессмен. А где ж ковчег? Где святые останки?
Цадик. Это святотатство!
Горг. Это кощунство! Большевики украли ковчег!
Шоп. Несомненно, несомненно. Они похитили великое открытие.
Климент(в неистовстве, взойдя на ящик-трибуну). Гирги-горги-гвак-гвак! Эмфалистостеворвариум!
Конгрессмен(ко всем). Ну кто взял — отдайте! Ведь это действительно империализм! Отдайте, пожалуйста, Ноев ковчег! Всеобщее молчание; пауза. (К нунцию Клименту). Отец, прокляни тогда всех к черту, пусть земля сейчас содрогнется, а то мне одному придется отвечать! Проклинай!..
Климент(подняв очи к небу). Антремовельтано, интремовеле, жау-жау-зорх!
Брат(поглядев на небо). Боже, дай им!
Конгрессмен(брату). Проклинай сильнее! Бог вас не слышит!
Брат. Боже, дай им как следует: мошенникам, убийцам, обманщикам, мучителям и прочим всем разнообразным стервецам. Боже, дай им скорее гневной рукой!
Волны ослепительного разноцветного света, в том числе и черного света, содрогаясь, побежали по небу. Возник, тихий вначале, далекий звук; вот он усилился до страшного вопля и постепенно спал до безмолвия. Но волны разноцветного света по-прежнему бегут по небу. Все люди на сцене в ужасе пали ниц, даже Полигнойс. Лишь брат остался стоять на ногах как был. Теперь он взял за руку Еву и держит ее, чтобы она не боялась.
Пауза. Первым поднимается Горг. Он уходит со сцены; возвращается с охапкой останков ковчега и кладет их на прежнее место; никто не интересуется действием Горга. Вторым очнулся Полигнойс. Он настраивает радиоприемник.
Радио. Бук-бук-бук! Где твой зад, где перед? Вот и муж твой идет! Привет, идиот! Бук-бук-бук!..
Полигнойс переключает радио.
…вительственное сообщение. Правительство Соединенных Штатов передает для всеобщего сведения. С целью показать пример разоружения правительство решило уничтожить свой запас атомных бомб. Уничтожение бомб производится в международных водах Атлантики. Впредь до указания всем самолетам и кораблям Атлантического бассейна не начинать рейсов во избежание возможной гибели или повреждения. Самолеты и корабли, находящиеся в движении, прекращают рейсы и заходят в ближайшие базы и порты. Правительство Соединенных Штатов призывает человечество к спокойствию.
Конгрессмен. Ура! Вставайте, господа! Жизнь идет нормально!
Черчилль. Не совсем. Это война, господа. А где моя челюсть?
