Том 68. Чехов полностью

Кулыгин. А затем вечер проведем у директора. Несмотря на свое болезненное состояние, этот человек старается прежде всего быть обще­ственным. Превосходная светлая личность! Великолепный человек! Вчера после совета он мне говорит: «Устал, Федор Ильич! Устал!» (Смот­рит на стенные часы, потом на свои.) Ваши часы спешат на семь минут. Да, говорит, устал!

За сценой игра на скрипке.

Ольга. Господа, милости просим, пожалуйте завтракать! Пирог!

Наташа. А Ольги и Ирины до сих пор нет³. Всё трудятся бедняж­ки. Ольга на педагогическом совете, Ирина на телеграфе... (Вздыхает.) Сегодня утром говорю твоей сестре: «Побереги себя, говорю, Ирина, го­лубчик»⁶. И не слушает. Четверть девятого, говоришь? Я боюсь, Бобик наш совсем не здоров. Отчего он холодный такой? Вчера у него был жар, а сегодня холодный весь... Я так боюсь!

Андрей. Ничего, Наташа. Мальчик здоров.

Наташа. Но все-таки лучше пускай диета... Я боюсь... И сегодня в десятом часу, говорили, ряженые у нас будут, лучше бы они не прихо­дили, Андрюша.

Андрей. Право, я не знаю. Их ведь звали.

Наташа. Сегодня мальчишечка проснулся утром и глядит на меня, и вдруг улыбнулся: значит, узнал!. «Бобик, говорю, здравствуй! Здрав­ствуй, милый!» А он смеется. Дети понимают, отлично понимают. Так, значит, Андрюша, я скажу, чтобы ряженых не принимали.

Андрей (нерешительно). Да ведь это как сестры... Они тут хозяйки. Наташа. И они тоже, я им скажу. Они добрые... (Идет.) К ужину я велела простокваши... Доктор говорит, что^в тебе нужно одну просто­квашу есть, иначе не похудеешь... (Останавливается.) Бобик холодный... Я боюсь, ему холодно в его комнате, пожалуй; надо бы хоть до теплой погоды поместить его в другой комнате. Например, у Ирины комната как раз для ребенка: и сухо, и целый день солнце. Надо ей сказать, она пока может с Ольгой в одной комнате... Все равно днем дома не бывает, только ночует...

Пауза.

Андрюша ^г, отчего ты молчишь?

Андрей. Так, задумался... Да и не о чем говорить. Наташа. Да... Что-то я хотела тебе сказать... Ах, да... Там из управы Ферапонт пришел, тебя спрашивает...

Андрей (зевает). Позови его. ' . Наташа уходит. Андрей, нагнувшись к забытой ею свече, читает книгу. Входит Ф е­р а и о н т; он в старом трепаном пальто с поднятым воротником, уши подвязаны. Андрей. Здравствуй, душа моя. Что скажешь? Ферапонт. Председатель прислал книжку и бумагу какую-то... Вот... (Подает книгу и пакет.)

Андрей. Спасибо. Хорошо. Отчего я ты пришел так не рано? Ведь девятый час^е.

Ферапонт. Чего?