«Я свободный француз. Я верю в Бога и будущее моей родины. Я принадлежу сам себе. У меня лишь одна цель – продолжить борьбу за освобождение моей страны.
Я понимаю и твердо верю, что эта война – испытание для народов всего мира. Будущее каждой нации будет зависеть от роли, которую она сыграет в этой войне.
Я торжественно заявляю, что не связан ни с какой политической партией и ни с каким политиком.
У меня лишь одна цель – освободить Францию.
Генерал де Голль».
На обороте листовки была не факсимильная, а живая подпись де Голля.
Ай да Пиккар! Ай да молодец!
– Вы должны сказать только «да» или «нет», – значительно проговорил гость, – дело личное.
– Да.
– Письмо оставьте себе, а я доложу о вашем решении. Всего хорошего, мадам.
– А вы таксист?
– Заметно?
– Заметно. Такси на дороге, – улыбнулась Мария. – Послушайте, а я могу заказать ваше такси?
Гость утвердительно кивнул.
– Тогда я мигом. Клодин! – крикнула Мария, вбегая в дом. – Я поехала в порт за вещами.
В такси она нарочно села на переднее сиденье рядом с водителем, уж очень показался он ей знакомым, и она решила проверить свою догадку.
– А вы давно работаете в такси? – спросила Мария, взглянув на него в упор, и тут же вспомнила: «Конечно, это ведь тот самый таксист, что вез меня из отеля “Ноай”».
– Да, мадам, – выдерживая ее взгляд, отвечал таксист. – Я помню, как вез вас из отеля «Ноай», вы были очень расстроены, а потом купили в магазине «Рено» шикарный лимузин.
– Я тоже узнала вас.
– Наверное, по косым глазам, но они работают, как фотоаппарат, хотя и косые.
– Это не портит вас.
– Спасибо, мадам, большое спасибо!
– Значит, это интересует вас? – Мария приподняла с колен узкий конверт.
– Как это может не интересовать меня? – горделиво приосанился таксист. – Я француз, мадам. Кстати, меня зовут Жак.
– Это кличка?
– Нет. Мы, таксисты, работаем под настоящими именами, иначе запутаешься – страна большая.
– А что, вам разрешено ездить на оккупированную территорию? Могли бы мы, например, съездить в Париж?
– Обязательно, мадам, хоть в Эльзас-Лотарингию[28].
– Что же это немцы разрешают вам так раскатывать?
– А вы хотите им указать на их оплошность? – с ехидцей спросил таксист.
– Жа-ак, – Мария строго взглянула на него, – не надо так шутить! – И тут же дружески улыбнулась: – Мы ведь теперь в одной связке…
– Да, мадам.
На другой день, ближе к полудню, снова явился таксист Жак.
– Мадам Мари, вам надо съездить в магазин «Рено», тот самый, у порта. Надо прицениться к новому авто, попридирчивее, поскандалистей, а главное – не забудьте потребовать к себе хозяина магазина. Я могу рассказать вам, какие у «Рено» слабые места…
– Не надо, – снисходительно остановила его Мария, – сама разберусь. Я все-таки бывший инженер завода «Рено».
– Вот как! – Косой Жак даже руль выпустил из рук. – В жизни бы ничего такого про вас не подумал!
– Ну и хорошо! – засмеялась Мария. – Значит, я вам подойду, значит, я хороший конспиратор.
– Не то слово, мадам! – Восхищение Жака было так велико, что на какое-то мгновение даже его косой глаз встал на место. И заметившая это Мария подумала: «Какая тонкая штука: чуть-чуть – и красавец, а только что был косенький. Чуть-чуть – и все преобразилось. Не зря кто-то сказал о великом искусстве: “Искусство – это и есть чуть-чуть”».
Просторный ангар магазина «Рено» был заставлен легковушками. Продавцов – ни души.
– Никто не покупает, – сказал сопровождавший Марию Жак, – сейчас я их вытащу.
Он прошел к встроенному внутри ангара домику.
– Мадам желает купить авто, – сказал Жак пожилому продавцу, которого привел с собой. – Я тебе уже говорил.
– У нас нет ничего дешевого, – подавляя зевоту, отвечал продавец. По его лицу было видно, как не хочется ему заниматься бесполезной чепухой: «Посмотреть посмотрит, а купить ведь не купит».
– Выгоните мне вон ту черную машинку, – указала пальцем Мария.
– Мадам, это очень дорогая машина.
– О цене мы поговорим потом, а пока выкатите ее из ангара.
– Но зачем, мадам?
– Да что же это такое! – вдруг взвизгнула Мария. – У вас магазин или сонное царство?! Выкатите немедленно!
– Выкатите, – проворчал продавец. – Это надо еще ключи от нее найти, – и с этими словами он поплелся в домик.
Следом за сонным продавцом из домика вышли еще двое любопытствующих.
Продавец с трудом выехал на лимузине из тесно заставленного ангара. Он думал, что Мария сядет за ним, и очень удивился, когда та попросила его освободить место водителя.
– А вы садитесь рядом со мной.
– Это одна из последних моделей, мадам, – сказал заметно оживившийся продавец, когда они тронулись.
– Слушайте мотор, и, пожалуйста, не нужно… Мария как бы стряхнула с ушей лапшу. И по-русски, и по-французски этот жест обозначает одно и то же. Скорее всего, французы заимствовали его у итальянцев, а потом русские переняли у французов.
– Эту модель перестали выпускать в октябре тридцать пятого, а сегодня сорок второй.
