Том 9. Драматургия (86) полностью

Марго. Я вас вполне поняла. Я вас научу. Вот так же Семен: что я, что стена. А когда я ликвидатором увлеклась, он почувствовал, кого теряет, – забеспокоился. Вы должны в вашем Алеше возбудить ревность.

Люба. Невозможно. Он каменный.

Марго. Чересчур спокоен. А я видела, как он вылупился, когда вы у Рудика на дворе деньги просили.

Люба. Бросьте вы.

Марго. Вы ему скажите, будто вы увлеклись. Кем, – спросит. Да так, мол, одним с черными усиками. Взовьется. Спать бросит. А слова эти прекрасные, какие хотите, такие и скажет.

Люба(звонко засмеялась). Какие глупости говорите. Марго.

Марго. Так и так, мол, надоело жить в бедности, Алеша, влюбилась я в Адольфа Рафаилыча… К примеру.

В окошке над столом исчезают головы Рудика и Хинина.

Люба. Неужели подействует?

Марго. Средство испытанное.

Рудик(появляется в общей зале. Григорию Захаровичу притворным голосом). Скучно, Григорий Захарович, хочется красивой жизни, хочется ласки…

Гр. Зах.(из двери кухни). Все готово, сейчас подаю.

Марго(схватив Любу за руку). Он.

Люба(обернулась со страхом). Я убегу.

Марго. Роковой случай.

Хинин(садится в общей зале на стул, притворным голосом). Куда бы нам поехать? К девочкам, что ли, поехать?

Рудик(громко). Оставьте. Ничего не хочу. Я влюбился, Валентин Аполлонович.

Хинин. Вот так штука… В кого?

Марго(Любе). Прямо как в тиятре.

Люба. Подождите. (Слушает.)

Рудик. Вас это удивит. Это случилось вдруг. Точно меня заколдовали. Сегодня с трех часов хожу сам не свой… Одна чудная девушка… Так и стоит перед глазами.

Хинин. Бросьте. Не платили вы алиментов? И, наверно, какая-нибудь дура в обдрипанной юбчонке?

Рудик. Не смейте так выражаться про нее! Я могу выйти из себя и ударить.

Хинин. Ладно, ладно, горячка. Кто же такая?

Рудик. Ах, не спрашивайте… Любовь Александровна Кольцова.

Люба(вскрикивает). Ай!..

Марго(быстрым шепотом). Не выдавайте своих чувств.

Рудик. Кто-то крикнул?

Хинин. В самом деле, кто-то крикнул… (Встает и отдергивает занавеску в уютном уголке.) Ба… Старинные знакомые. Любовь Александровна…

Рудик. Как? Она здесь? (Подбегает.) Вы здесь?

Хинин. Легка на помине.

Марго. Идите к нам. Мы одни.

Рудик. Не знаю, – разрешит ли Любовь Александровна?

Люба. Кто? Я? (Закрыла лицо, звонко засмеялась.) Разрешаю.

Марго(здоровается за руку). Здравствуйте, здравствуйте. Садитесь.

Хинин. Григорий Захарович, вина еще две бутылки.

Гр. Зах. Куда подавать? Туда? Сюда?

Хинин. Сюда, сюда.

Хинин шумно усаживается. Рудик церемонно садится сбоку Любы, прикладывает ладонь к щекам.

Рудик. Я даже весь покраснел, – не обращайте внимания.

Хинин. Я знаю, почему он покраснел.

Марго. Скажите. Это интересно.

Рудик. Не надо.

Хинин. Он боится, что вы слышали, как он там пел про Любовь Александровну.

Рудик(откинувшись, тонко захохотал). Глупости… глупости…

Гр. Зах. Несем, несем, несем… (Появляется с блюдом.)

Хинин. Ну-ка, что у вас там?

Гр. Зах. Как что там?.. Язык проглотишь. (Накладывает на тарелки.)

Рудик. Я такой непосредственный, как ребенок. Любовь Александровна, вы должны простить мою давешнюю неловкость.

Люба. А я уже забыла.

Рудик. Забыли? Простили? Ой! – я сейчас что-нибудь переверну!

Гр. Зах. Кушайте, кушайте.

Хинин(на Рудика). Счастлив-то до чего, – посмотрите на эту рожу.

Рудик. Да, я счастлив. (Встает со стаканом.) Любовь Александровна, позвольте мне выпить за вашу доброту, с которой вы простили мою, если хотите, грубость по отношению к вам.

Люба. Ну, пожалуйста… Не нужно об этом больше.

Рудик. Между нами не должно оставаться темного облачка. Сегодня я отказал вам в таком пустяке, как купить билет. Почему? Я коммерсант. Вы предложили невыгодную сделку. Я уклонился. Не будем говорить, как я мучился потом, вспоминая ваши полные слез глаза…

Люба. Ну, зачем?.. Не нужно, пожалуйста.

Рудик. Я побежал за вами. Я хотел вам проиграть эти деньги, Любовь Александровна, вы сами виноваты… Почему не сказать было просто: Адольф Рафаилович, дайте мне шестьдесят рублей… вне сделки. Я вынимаю деньги и даю.

Хинин. Широкий человек, золотой человек.

Марго. А все кричат – нэпман, нэпман…