Илья. Пожалуйста, тетя Варя, не трепыхайся. Мы разговаривали с твоим Анатолием в купальне, и я выяснил, что он забывает некоторые свои обещания. Вот и все. И вообще передайте ему, что не жениться до сих пор на Марье Семеновне неопрятно с его стороны.
Варвара. Как ты смеешь говорить при мне таким тоном!
Желтухин. Варвара Ивановна… Все к счастью.
Варвара. Акробатка ваша во всем виновата! Она, может быть, несчастная женщина, но я в таком состоянии сейчас, что жалеть ее не могу-с. Есть устои, милостивый государь, которые шатать нельзя-с…
Желтухин. Нам… дворянам, Варвара Ивановна, конечно, дико…
Дуняша. Воейкина приехала, Анна Аполлосовна. Куда провести?
Варвара. Ну, вот, наконец, посаженая мать приехала. Ты, глупая девка, наверно, сюда хотела ее вести. Проси в залу. Подожди, я сама. Убери объедки.
Князь. Тетушка, какой грустный день.
Варвара. Слушай, сударь, ты мне не позорь семейной чести.
Князь. Ма tante!
Варвара. Я тебе приказываю молчать, глаз не поднимать, покуда молодые не уехали. Понял?
Князь. Слушаю-с.
Варвара. Потом с тобой поговорим всерьез.
Желтухин
Дуняша. Говорила.
Желтухин. Как же ты ей сказала?
Дуняша. Как вы научили, так и сказала.
Желтухин. Повтори-ка.
Дуняша. Сказала: думается, мол, мне, матушка барыня, что приезжие господа нам к счастью.
Желтухин. Так, так, так. Ну, а Варвара Ивановна что тебе ответила?
Дуняша. Ничего не ответили. Задумались.
Желтухин. Задумалась? На тебе еще полтинник. Смотри, постоянно ей повторяй.
Дуняша. Ладно.
Желтухин. Волосы дыбом становятся!
Князь
Желтухин
Князь. Да.
Желтухин
Князь. Оставь, Абрам, мне очень трудно сегодня.
Желтухин. Ты хочешь, чтобы тебя пристрелили, как дурака? Женись, ну, хоть через неделю. Дай только всем честное слово, что женишься.
Князь. Это нужно?
Желтухин. То есть как это нужно? А твое обещание?
Князь. Tiens![14]
Желтухин
Князь. Я не могу простить Маше некоторых вещей.
Желтухин. Будто она тебя мало била?
Князь. Ты жалкий человек, Абрам. Над тобой слишком властен желудок. Шумишь, во все вмешиваешься… Ты, оказывается, дурно воспитан!
Желтухин. Я дурно воспитан?
Князь. Во всяком случае, не волнуйся. Сегодня мы уезжаем отсюда.
Желтухин. Как?
Князь. Да, все трое.
Желтухин. Куда?
Князь. Не знаю. Куда-нибудь.
Желтухин. В ночлежку?
Князь. Да, я думаю, что нам придется жить некоторое время в ночлежном доме.
Желтухин
Князь. Быть здесь свыше моих сил. Еще раз упасть и так разбиться. Мне слишком грустно, Абрам. В гостинице где-нибудь, в номере, будет легче пережить. Хотя стоит ли вообще переживать… Подвести итог самому себе, мужественно признать дефицит и закрыть лавочку.
Желтухин. Хорошо! Кончено! Уехали! Голодаем! В кулак свистим! Так бы ты мне и сказал. Знаешь, как я к тебе отношусь? Тьфу! Выродок!
Князь. Ты слышишь? Дьячок начал читать часы. Это казнь! Абрам, я жалкий, бессильный выродок. Только что встретились мы с Раисой в саду. Я прочел в ее глазах решимость. Да, да. В ту минуту она была готова на все. Она ждала моего слова, знака. А я сказал шутку. Я не мог ей предложить самого себя. Не смею. Что может быть безобразнее? Я презираю себя.
Раиса. Тетя Варя, уже звонят, пора.
Желтухин