Том 9. Драматургия (86) полностью

Пуришкевич. Когда нож у горла, нужно действовать… Распутин – это значит власть немки и германофилки, это – развал армии, это – близкая анархия… Это – козырь в руки красной сволочи. Теперь или никогда – за монархию, за православие. Боже мой, ваше высочество, ведь я же сам слышал, – солдаты смеются: «Царь с Егорием, а царица с Григорием». Это острит простой солдатишка.

Феликс. Надеюсь, вы дали ему по морде.

Пуришкевич. Нет, ваше сиятельство, я не дал по морде этому остряку, – я отошел, сгорел от стыда, потому что это – правда. В армии последний нижний чин знает теперь, что судьбою России и войны распоряжается пьяный мужик, конокрад, хлыст.

Феликс. Да, да. Я уважаю власть с хлыстом, но не уважаю власти, когда она под хлыстом.

Дмитрий Павлович. Браво.

Поручик С. Ваше высочество, не хлыстом, – шомполом должна поработать настоящая власть.

Феликс. А что, это больнее, – шомполом?

Дмитрий Павлович. Разумеется, мягкостью теперь ничего не поделаешь.

Пуришкевич. Ваше высочество, заклинаю вас на коленях, решим вопрос… Ваш голос, ваше решение. Убить Распутина, или – разойдемся, и все полетит к черту. Клянусь вам, ваше высочество, если когда-либо мне придется писать, я тысячу раз подчеркну, что ваши руки не были обагрены кровью, что вы были в стороне от этого грязного дела, вы чисты перед богом и перед нашим народом…

Дмитрий Павлович. Так как же, господа?

Пауза.

Надо решать.

Пуришкевич. Да, да, да…

Феликс. Дмитрий, я тебя уверяю, это совершенно безопасно, ни один черт не догадается. Убьем и спрячем.

Дмитрий Павлович(вставая). Убить…

Занавес

До поднятия занавеса слышен цыганский хор. Комната у цыган на Черной речке. За столом – мрачный Распутин. В углу дивана – Вырубова, закутанная до бровей в мех. Верхом на стуле – Добровольский. Перед цыганами – Рубинштейн.

Хор. К нам приехал наш родимый, Дмитрий Львович дорогой… Митя, Митя, Митя…

Рубинштейн (в смокинге, красный, подхватывающий). Я выпью до дна… Я выпью за то, чтобы наш дорогой Григорий Ефимович развеселился… Я ничего не пожалею… Дмитрий Рубинштейн вчера выпущен из тюрьмы. Дмитрий Рубинштейн умеет ценить услуги… Давайте все вместе будем любить Григория Ефимовича… Ну, споем, ребятишки…

Хор. Хор наш поет припев любимый, И вина полились рекой. К нам приехал наш родимый, Григорий Ефимыч дорогой… Гриша, Гриша, Гриша…

Из хора выбегает цыганка с бокалом к Григорию Ефимовичу.

Вырубова(злобно). Ступай на место… Цыганка возвращается, хор замолкает.

Добровольский(пьяный, с бокалом, перед Распутиным). Ты наш отец, заступник перед богом и царем… Тебе весело, и нам весело… Тебе скучно, и нам скучно… Господа, мы утомили Григория Ефимовича… Господа, давайте молчать… Будем молиться… Цыгане, пойте что-нибудь божественное…

Рубинштейн. Какую там божественную… Старинную, чавалы… (Распутину.) Что, добрый молодец, не весел, головушку повесил?.. Ради такого дня проси у меня полцарства… (Тихо ему же.) Что случилось, отец, чем ты недоволен?.. Приказывай, все будет…

Распутин. А с чего мне быть довольным?.. Что ты круг меня как жаба квакаешь… Жулики вы все…

Рубинштейн. Григорий Ефимович, как вам не стыдно, вы мне не доверяете. Сегодня у меня просто не было физической возможности реализовать значительную сумму… Я должен вам передать на дела благотворительности сто пятьдесят тысяч… При мне сейчас тысяч сорок… (Передает деньги.) Вы меня обижаете… Остальные – завтра.

Распутин(прячет деньги). То-то – завтра.

Добровольский(глядит на передачу денег). Красиво дано и красиво взято.

Распутин. Посажу тебя министром – и у тебя эта крупа заведется.

Хор поет старинную песню.

Распутин(идет к цыганам, слушает, раздает им деньги). Нате, милые, дорогие… Растревожили вы меня… (Целует цыганок.) Грустный я сегодня… Слушаю, – ах, слушаю вас, родные, может, в последний раз…

Рубинштейн (во время пения подсевший к Вырубовой). Военная партия, даже с Николаем Николаевичем во главе, это же – абсурд… Они не имеют поддержки в стране… Мы не можем дольше тянуть войну. Через год Россия – банкрот…

Вырубова. Государыня прилагает все силы… Рубинштейн. У государыни светлый ум. Она одна понимает, что нужно стране… Если мы до весны не заключим сепаратного мира, – немцы захватят Украину, и рубль будет стоить три копейки… Хорошенькие дела начнутся тогда у нас!.. Вы разве не понимаете, что это пахнет революцией…