Мастерить было страстным увлечением Удо. Из-за этого он часто забывал выполнить школьное домашнее задание. Он самостоятельно смонтировал в доме устройство-звонок, соединенное с кнопкой при входе. Он даже собирался отремонтировать швейную машинку мамы. Госпожа Медерер радовалась способностям своего сына, но, тем не менее, беспокойство вызывало у нее небрежное отношение его к учебе. Накануне отец запретил Удо заниматься какими бы то ни было механизмами.
- И если ты не станешь серьезнее в учебе и будешь продолжать приходить из школы с плохими оценками, я вообще заберу у тебя ящик с инструментами, - сказал отец.
Удо знал, что отец слов на ветер не бросает, однако отказаться от своего увлечения не мог. Особое удовольствие ему доставляло разбирать всевозможные механизмы и снова их собирать. Утюг, пылесос и даже радио - все это он уже разбирал на части и снова собрал. Разумеется, полная исправность вновь собранных приборов говорила об определенном таланте юного механика.
Как-то Удо стало известно, что родители хотят ехать к дяде Адольфу. Для Удо это означало, что никто не будет мешать ему предаться любимому увлечению. Размышляя, чем бы заняться в отсутствии родителей, Удо оглядел комнату. Ах да, вон на шкафу стоят старинные часы. К их механизму Удо до сих пор не решался прикасаться, хотя это было давней его мечтой.
Прежде чем родители ушли из дому, сын еще раз услышал строгий наказ отца:
- Смотри у меня, будь умницей. К нашему возвращению ты должен как следует выучить все уроки.
Удо очень хотел по-настоящему обрадовать своего отца и потому усердно взялся за уроки и даже вспотел при этом. Он занимался дольше обычного, основательно изучая английский словарь. Наконец он был готов. Удо быстро сунул учебники в портфель, достал ящик с инструментами и вот уже две мальчишечьи руки, как руки заправского механика, откручивая винтик за винтиком, все глубже забирались во внутренности семейной реликвии. Забыв обо всем на свете, Удо осторожно отворачивал винтики и гаечки, снимал пружинки и все это аккуратно раскладывал на столе.
- Ага, понятно, как интересно устроены часы, -подумал он.
Некоторое время он еще восхищался удивительным механизмом, разложенном отдельными маленькими деталями на столе. Взглянув на стрелки рядом стоящего мерно тикающего будильника, Удо вздрогнул. Пора бы уже взяться за сборку часов. Он знал, что для этого иногда требуется много времени. С энтузиазмом он взялся за дело: закрепил пружинки на прежние места, правильно установил шестеренки, постарался не перепутать молоточки. Вот и последний винтик на своем месте, готово!
Удо был прямо-таки горд собой. Часы затикали, как и прежде. Он сверил время и установил стрелки больших часов по своим наручным. Было 16 часов 45 минут. Через пятнадцать минут должны вернуться родители. Вдруг в комнате раздались три мелодичных, негромко звучащих удара. Удо очень испугался: часы снова стали отбивать свое время, чего они по неизвестной причине уже годами не делали. И теперь бой часов выдаст его. Удо уже мысленно видел, как его ящик с инструментами навсегда исчезает в кладовой.
„Этого только еще не хватало, - подумал Удо. - Но что мне теперь делать? Еще через пятнадцать минут часы будут отбивать девять ударов - четыре слабых, означающие минувшие четыре четверти часа, и пять сильных. Это ведь услышат родители!“
В нелегком раздумье Удо ходил по комнате, не находя спасительного выхода. Стрелки часов неотвратимо двигались вперед. Удо поспешил к окну. Родители как раз выходили из трамвая. Он взял с полки книгу, вошел в свою комнату, сел на диван и сделал вид, будто читает. Послышался шум ключа в замочной скважине. Отец отмыкал входную дверь. Удо вышел, поприветствовал родителей; про часы, однако, ничего не сказал. Затем он удалился в комнату и продолжил чтение. Содержание прочитанного он плохо понимал, то и дело невольно переводя взгляд на наручные часы. Медленно шло время. Разные мысли мелькали в голове мальчика. Сейчас часы пробьют пять, и все обнаружится. Ему становилось все грустнее.
А может быть, часы не будут бить? Тогда никто ничего не узнает. Это было бы прекрасно! Никто ведь и не видел... Так успокаивал себя Удо.
