– А ты что, самый умный? – Длинный бьет Кирпича по руке. – Вот теперь вы получили оба. – Длинный толкает меня в кусты. – А ты, мелкий, давай неси спички. Пулей туда и обратно. Если не вернешься через десять минут, я забираю себе твой пиджак.
Я в магазине, где продаются конфеты. Там есть тетенька-продавщица, которая очень сердитая. Потому что, когда заканчиваются уроки, дети из школы идут домой и заходят в конфетный магазин. И тетенька сердится на детей, ну, что их слишком много. Она вся очень сердитая и бранится, ну, в смысле, ругается.
– У вас есть спички, которые для зажигалки? – говорю я сердитой тетеньке.
Сердитая тетенька смотрит на меня. Смотрит и сердится.
– А зачем тебе спички?
– Это не мне, – говорю. – А большим мальчишкам. Они мне велели, чтобы я принес спички. Дали мне денежку. – Я показываю ей денежку.
Сердитая тетенька смотрит на денежку. Потом смотрит на меня. Смотрит, какой я еще маленький. Смотрит и говорит:
– Обычно я не продаю спички школьникам. Спички – это опасная штука.
– Но эти большие мальчишки, – я показываю на дверь, – они тоже опасные, очень опасные. Они будут меня обижать и побьют.
– А ты с ними не водись.
– У них мой пиджак. А тот, который высокий, ну, Длинный, сказал, что заберет его себе и наденет. А пиджак совсем новый, и он порвется.
– Это уже называется шантаж.
Я не знаю, что это такое – шантаж. Наверное, что-то совсем нехорошее.
– Они там, в парке. – Я показываю на дверь. – У них сигареты и мой пиджак.
Сердитая тетенька сердится. Достает спички, кладет на прилавок.
Я кладу на прилавок денежку. Забираю спички.
Я снова в парке. Этот мальчишка, который высокий, который Длинный. Он надел мой пиджак. Вертится перед Кирпичом, показывает пиджак. Ну, типа, какой он красивый в моем пиджаке. Только пиджак ему маленький. Рукава кончаются у локтей. Этот мальчишка, который Длинный. Который в моем пиджаке. Он поворачивается спиной. На спине дырка, на пиджаке, потому что пиджак разорвался по шву. Длинный видит меня, смеется и говорит:
– Я надел твой пиджак. Я киваю.
– Хочешь забрать свой пиджак обратно? Я качаю головой.
– Видишь, он ему даже не нужен. – Длинный говорит это не мне, а другому большому мальчишке, который Кирпич. Потом смотрит на меня и говорит уже мне: – Мы с Кирпичом обсуждали, надевать мне его или нет. Кирпич говорил, что ты, может быть, захочешь его вернуть, а я говорил, что тебе он, наверное, и не нужен. Мы даже поспорили. Да, Кирпич? И теперь я тебя стукну.
– Может, не будем по мне стучать?
– Нет. Спор есть спор. – Длинный бьет Кирпича по руке.
– Ой.
– Все было честно. Когда мы спорили, я сказал, что он не захочет его забирать. И он сам говорит, что не хочет.
– Конечно, не хочет. Ты же испортил ему пиджак.
– Ничего я не испортил.
– Там на спине дырка. Сам посмотри. Длинный поворачивается кругом, смотрит себе за
спину. Только он ничего не видит, потому что спина – она тоже поворачивается кругом.
Кирпич шевелит сигаретой во рту. Сигарета все та же, которая была. Только теперь она мокрая.
– Ты спички принес?
Я достаю из кармана спички, отдаю их Кирпичу.
– Значит, можешь забрать свой пиджак. – Длинный снимает пиджак, мой пиджак, и бросает его на землю.
Я смотрю на пиджак. Он лежит на траве, на земле. На спине дырка, по шву. В пиджаке. Сквозь эту дырку растет трава. Проглядывает трава. Это был новый пиджак, а теперь он годится только на помойку.
Кирпич прикуривает сигарету. Прикуривает и курит, как взрослый.
– Угости сигареткой, – говорит Длинный. Это он говорит Кирпичу, а не мне.
Кирпич качает головой.
– У меня нету.
– А эта откуда? – Длинный вырывает сигарету изо рта Кирпича. Потом бросает ее на землю и наступает на нее ногой.
Кирпич смотрит на сигарету. Наклоняется, чтобы поднять.
– Если поднимешь, я тебя стукну.
Кирпич смотрит на Длинного. Потом смотрит на сигарету, которая уже совсем мокрая и сломанная. Наклоняется, хочет поднять.
Длинный бьет его по плечу.
Кирпич хватается за плечо.
– И что мы будем курить? У нас ничего не осталось. И нам никто не продаст сигареты. Все знают, что нам нет шестнадцати.
– А вот мелкий пусть сбегает.
Кирпич достает из кармана денежку и дает ее мне. Дает мне денежку и говорит:
– Думаешь, ему продадут? Если уж нам никто не продает, то ему и подавно не продадут.
– Он постарается, чтобы продали. Если захочет вернуть свой галстук. – Длинный хватает меня за галстук. – Ну-ка давай сюда свою селедку. – Этот мальчишка, который Длинный, тянет меня за галстук. Галстук завязывается совсем-совсем туго и врезается в шею.
Кирпич смеется:
– Ты что хочешь сделать? Снять с него галстук или задушить?
– Пусть сам снимает. А если не снимет, то я его стукну. И он это знает. Да, мелкий?
Длинный бьет меня по руке. Кирпич говорит:
– Стукни, стукни. Длинный бьет его по руке. Кирпич хватается за руку и говорит:
– Не меня стукни. Его.
– Вот теперь вы получили оба. Давай, мелкий. Снимай свой галстук.
Я пытаюсь снять галстук, только он не снимается. Не развязывается. А потом. Он снимается.
