Смуга показался на тропинке, держа винтовку на изготовку.
— Оставайтесь на местах! — предупредил он. — Буйвол может вернуться!
Томек сидел на ветке, обнимая руками ствол дерева. Смуга нашел спрятавшегося в кустах Месхерию. Туземец был слегка ошеломлен падением, но уверял, что с ним ничего не случилось. И сразу же отправился вслед за буйволом, желая проверить, не бежит ли тот обратно. Вернулся Месхерия с криком:
— Его нет, нет! Он убежал!
Масаи тут же вышли на тропинку. Боцман Новицкий вместе с Динго выбрался из-за ствола фигового дерева. Подняв голову вверх, он со смехом сказал:
— Ха-ха-ха! Ты, браток, прыгнул на дерево ловчее обезьяны! Жаль, что у меня не было фотоаппарата. У Салли живот заболел бы от смеха, если бы она увидела тебя скачущим на дерево при встрече с каким-то быком! Правда, Динго? Великолепное зрелище!
Томек слез с дерева и поднял с земли брошенный штуцер. Смуга и масаи еле сдерживали улыбки. Мальчик окинул их недобрым взглядом. Он тяжело вздохнул, ведь ему казалось, что его охотничья слава сильно померкла из-за этого случая.
Мрачный и злой, он двинулся вслед за друзьями.
«Значит, так, вы теперь смеетесь надо мной, — подумал он. — Ну ладно! Вы еще пожалеете об этом…»
— Наше счастье, что все так хорошо обошлось, — говорил Смуга. — Африканский буйвол бросается на всех, кого встретит на своем пути! Он уступает разве только слону. Не боится даже льва и часто побеждает в единоборстве с ним. Стрелять в буйвола можно лишь тогда, когда есть полная уверенность попадания. Раненый зверь бывает очень опасным и хитрым противником. Он даже может устроить засаду на своих преследователей.
Разговоры прекратились, когда Месхерия уклонился в сторону, в редколесье. Вскоре охотники очутились на краю небольшой поляны, окруженной деревьями и кустами.
— Здесь остановиться и ждать, — посоветовал Месхерия.
Охотники проверили оружие и расселись на траве среди кустов. Мужчины, взволнованные предстоящей охотой на львов, не обращали внимания на молчаливого мальчика, который, положив на колени штуцер, с дрожью в сердце прислушивался ко всем доносившимся звукам. Через некоторое время вдали послышались выстрелы и крик. Шум облавы приближался. Вдруг из глубины чащи раздалось короткое гневное рычание.
— Уже поднять львы, — шепнул Месхерия.
Львиный рев послышался значительно ближе. Прежде чем он утих, в той же стороне раздалось еще одно грозное рычание.
— Как видно, облава наткнулась на настоящее логово львов, — вполголоса сказал Смуга. — Ах, если бы они вышли прямо на нас…
— Выйдут, мусунгу[44], выйдут, потому что за нашей спиной находятся пещеры, где львы прячутся от опасности, — уверенно сказал Месхерия.
Шум облавы, крики, удары копьями о стволы деревьев и винтовочные выстрелы были слышны все яснее. Отрывистое рычание львов послышалось на противоположной стороне поляны. Смуга взглянул на мальчика, приготовившегося стрелять. Он улыбнулся ему и приказал:
— Держи Динго на поводке и не отходи от меня. Целься спокойно, прямо между глаз.
— Хорошо. Динго уже дрожит от нетерпения. Я присмотрю за ним, можете быть совершенно спокойны, — ответил Томек.
Однако держать в руке поводок и одновременно стрелять из штуцера Томек не мог. Подумав немного, он привязал конец поводка к стволу дерева. Став на одно колено, на второе Томек опер руку со штуцером.
Львов не пришлось долго ждать. Из-за густых кустов внезапно показалась огромная голова животного с могучей гривой. Подозрительно оглядываясь кругом, лев глухо и протяжно зарычал. Ему ответили несколько других львиных голосов.
— Раз, два, три, четыре, пять… Боже мой, сколько же их тут? — прошептал Томек, машинально считая животных, показавшихся почти одновременно на поляне. — А вот и шестой, седьмой, восьмой…
Томек не ошибался. На поляну мягкими, кошачьими прыжками выскочили пять львиц и три самца. Впереди бежал великан с могучей гривой.
Из глубины буша снова послышались крики и выстрелы. Смуга и боцман Новицкий вышли из кустов.
— Ах черт возьми! Мы упустили великолепный случай поймать живьем такую прекрасную львиную семейку! — воскликнул Смуга.
