Ленивцы
Томек хотел продолжить расспросы, но около шамана собралась очередь пациентов, ожидающих врачебной помощи.
Капитан Новицкий и Габоку вернулись в деревушку около полудня.
— Как видно, охота была не очень удачной, — приветствовал Томек друга, увидев, что охотники выгрузили из лодки только молодого тапира и несколько птиц.
— Мы подстрелили двух тапиров, но одного из них Габоку отдал индейцам соседнего рода, на чьей земле тапиры были убиты, — пояснил моряк. — Это у них обычай такой: поохотишься удачно на чьей-нибудь земле — будь добр, отдай половину хозяевам. Вроде дикари, а смотри, какие честные и как следят за порядком.
— Это надо записать, — сказал Томек. — А может быть, вы говорили о чем-нибудь?
— Я пытался узнать у Габоку то да се, но он не хотел говорить в лесу. Боялся, что нас могут подслушать великаны и напасть.
— Неужели вблизи живут индейцы высокого роста? — спросил заинтересованный Томек.
— Нет, браток! Это сказка, в которую они верят. Меня смех разбирал, когда такой отважный охотник, как Габоку, серьезно говорил о волосатых великанах с двумя лицами и липкими телами. Он уверял меня, что великаны с большим удовольствием охотятся на матерей с детьми, которых они поедают. Габоку рассказывал, что некогда один из его предков поймал и убил такого великана. Говорил, что убить великана можно, только когда луна закрыта облаками или находится низко над горизонтом.
— Надо будет при случае побеседовать с ним на эту тему. Это интересная легенда.
Перед закатом солнца все женщины скрылись в малоке. Это означало, что мужчины начинают ритуальный обряд. Белые гости, не желая мешать, отошли в сторонку, но с любопытством наблюдали за тем, что делается вблизи лодочной пристани, где собрались все мужчины рода. Некоторые из них достали спрятанные в кустах священные рога и барабаны. При звуках этих инструментов Габоку и пять его товарищей искупались в священной реке. Во время купания они натирали тела соками каких-то растений. Это делалось для того, чтобы снискать милость предков, которые должны наделить воинов мужеством.
Потом воины стали соревноваться в силе и выносливости. Они бичевали друг друга розгами и держали руку в калебасе, наполненной красными муравьями. После таких испытаний они обошли площадь около малоки, играя на священных барабанах и флейтах. Потом спрятали музыкальные инструменты и удалились в малоку; по приглашению старейшины туда же направились и белые гости.
Женщины подали обед, окончив который мужчины уселись в два ряда на скамьях, установленных одна против другой, и начали церемонию курения табака. Свернутые в сигары листья они держали деревянными щипцами, противоположный конец которых можно было вбить в землю. Курильщиков было больше, чем сигар. Каждый мужчина делал одну или две затяжки и передавал сигару соседу. Габоку позволил затянуться дымом также своей жене, что с его стороны означало огромное доверие.
Внезапно Томек локтем толкнул капитана Новицкого и шепнул:
— Черт возьми, несут чичу… Не знаю, сможешь ли ты проглотить ее.
