На столе стояла магнитола. Три дня назад по просьбе Бобби ее принес Дик Эллисон. Это был тот самый прибор, при помощи которого Хэнк Бак отправил Питца Барфилда на небо, в «дежурку». Бобби подсоединила микросхему к детскому фотонному пистолету – на все про все ушло минут двадцать. Теперь он был наведен на Гарденера.
На столе стояло два пива и пузырек с капсулами. Гард узнал этот пузырек. Судя по всему, пока он переодевался, Бобби успела заскочить в ванную и забрать валиум, который тот когда-то принимал.
– Присаживайся, – проронила Бобби.
Едва покинув корабль, Гарденер поднял ментальный щит. Правда, было неясно, насколько он теперь прочен.
Он медленно подошел к столу и уселся. Мало того, что ствол вонзился в живот и неприятно жал в паху, так и в голове упорно стучала мысль о нем.
– Ты это для меня припасла? – спросил он, указав на пилюли.
– Гард, знаешь, я тут подумала, – ровным голосом начала Бобби, – а не посидеть ли нам как в добрые старые времена? Поговорим, хлебнем пивка, и ты будешь потихоньку глотать пилюли. Наверное, так гуманней.
– Ясно. Мне – пилюли, Питеру – дельфинарий в сарае. Бобби, ты не находишь, что твое понятие о гуманности нехило изменилось с той поры, когда ты плакала, если Питер приносил с прогулки мертвую птицу? Помнишь те времена? Мы жили здесь вдвоем и вместе давали отпор твоей сестрице, и при этом не было нужды засовывать ее в душевую кабинку. – Он угрюмо взглянул на Бобби. – Ты помнишь? В те времена, когда нас связывала не только дружба. Да я бы умер за тебя, я жить без тебя не мог. Ты еще не забыла, каково это, быть вместе?
Бобби молча разглядывала свои руки. Что это, слезы в глазах? Или он принял желаемое за действительное?
– Когда ты ходил в сарай?
– Вчера вечером.
– Ты к чему-нибудь прикасался?
– Бывало, я прикасался к тебе, – вспоминал Гард. – А ты прикасалась ко мне, и никто из нас не возражал, помнишь?
– Что ты там трогал?! – пронзительно заорала Бобби, устремив на него ненавидящий взгляд. В тот миг глазам Гарденера предстала уже не Бобби, а разъяренное чудовище.
– Ничего. Я ни к чему не прикасался.
Презрение на его лице было гораздо убедительнее, чем любые аргументы. Бобби угомонилась и пригубила пиво.
– Да бог с ним. Ты все равно не мог там ничего испортить.
– Я никак в толк не возьму. Ну ладно старик, я его не знал. Ну ладно сестричка – она сама напросилась. Но Питер?! Как ты могла с ним такое сотворить? Он любил тебя больше жизни!
– Знаешь, пока тебя не было, он и поддерживал во мне эту самую жизнь, – сказала Бобби, словно бы в свое оправдание. Голос ее едва уловимо дрогнул. – Я работала не покладая рук, день и ночь, день и ночь. Да от меня вообще ничего не осталось бы. Ты бы приехал, а меня нет.
– Да ты, ты… Ты – вампирша!
Она посмотрела на него и отвела взгляд.
– Боже, и я тебе потакал… Ты совершала такие поступки, а я принимал в этом участие. Господи! Я ведь видел, что с тобой творится. И видел, что происходит с другими – в меньшей степени, конечно, но все равно. И при этом продолжал, продолжал. На меня затмение нашло. Безумец! А ты-то все понимала и пользовалась?.. Ты бы и меня в кабинку заточила, как бедного пса, да только в этом не было необходимости. Я и так покладист. Задурила мне мозги, вручила лопату – и вперед, старичок. Давай выкопаем эту хреновину и устроим кранты «полиции Далласа». Да только знаешь что, самая страшная полиция здесь – это ты. И я был с тобой заодно…
– Пей пиво, – проговорила Бобби. Лицо ее вновь ничего не выражало.
– А если я не хочу?
– Ну тогда придется включить магнитолу, – сказала Бобби, – и открыть дыру в другую реальность, и отправить тебя куда бог пошлет.
– На Альтаир-четыре? – спросил Гарденер, стараясь не выдать голосом своего волнения и не уронить ментальный щит.
(щит-щит-щит)
Он все крепче держал защитный барьер, заслонявший то, что происходило у него в голове. Легкая тень легла на чело Бобби. Казалось, чьи-то тонкие пальцы пытались прощупать его мысли, выяснить, насколько он осведомлен и как завладел этим знанием.
– Значит, ты все это время шпионил за мной? – спросила она.
– Да нет. Лишь с тех пор, как понял, что ты врешь напропалую.
И тут до него дошло. Сам того не осознавая, в сарае он кое-что узнал.
– В основном ты сам себя обманывал, Гард.
– Да ну? И про детишек, которых вы послали на смерть? Один умер, другая ослепла.
– Откуда ты…
– Из сарая. Вы же туда ходите, чтобы ума-разума набираться.
Она промолчала.
– Отправили их на погибель, и зачем – за батарейками. Бобби, вы что, совсем тупые?
– Мы в своем развитии достигли таких высот, что тебе и не сни…
– Какие еще высоты? Какое развитие? Бобби! Я говорю об элементарном здравом смысле! У тебя возле дома столбы стоят. Линия электропередачи! Ты почему к ним не подключилась?
– Ну да, – усмехнулась Бобби своим странным беззубым ртом. – Очень «здравая» идея. Да первый же диспетчер на подстанции увидит, что у него перерасход энергии.
– У вас все на батарейках работает. Самых мелких бытовых батарейках. Да с такими затратами – это тьфу! Любая ленточная пила с более-менее мощным движком тянет на себя несравнимо больше.
