Правда в описании Элогир прочитал, что отравление серой пылью идет не везде равномерно. Есть, к примеру, зеленые регионы, там отравления вообще нет. Они вроде как чистые, потому что находятся дальше всех от проклятого дерева. Желтые регионы, как тот, на котором он сейчас, имеют слабое отравление. Хотя куда уж там слабее. Но если учесть, что скорость заполнения шкалы так же зависит от «выживаемости» и «иммунитета», то можно понять, почему у Эла все так плохо. Ведь эти характеристики еще не развиты толком. Эх, знал бы, что дело обстоит так плохо, влил бы все очки в эти две характеристики. А есть еще красные и черные регионы, последние так это те, где дерево-убийца произрастает. Там, наверное, от одного вдоха умереть можно.
Ну, и наконец, существовало «в-третьих». Скрывалось оно в шкале стресса. Она тоже начала заполняться довольно быстро, но эту проблему искатель примерно понимал, как решить. К тому же сказалось то, что он полдня лазил по дереву и стер ладони до крови. Тут хочешь, не хочешь, а переживать начнешь.
Разобравшись со шкалами, Элогир вложил шесть очков в основные навыки по одному в каждый, подняв их все до первого ранга, кроме «Базовой картографии». И тут сразу стало понятно, почему Заньяк все время настаивал на том, чтобы сохранять свободные очки навыков и бережно к ним относиться. У Эла уже было семь навыков и осталось всего четыре очка, а это лишь начало пути. Пока доберется до второго ранга к двадцать пятому уровню, навыков станет штук пятнадцать. И все их придется улучшать на единичку. И так каждый раз, пока не прокачает все навыки до четвертого ранга. Это была серьезная проблема. Получалось, что в первую очередь следовало уделять внимание только самым важным и нужным, а уже потом обращать внимание на все остальные. Ведь с повышением ранга навык приобретал дополнительное свойство и не только. Так, например, выглядело теперь «Владение топорами»:
Владение топорами
Дополнительные свойства навыка:
Элогир не сразу осознал полезность дополнительного свойства, однако потом он задумался над тем, кем является. И практика показала, что он правша. Все, что он делал до этого, делал правой рукой. Левая тоже работала хорошо, но не так как хотелось бы. Еще вчера вырезать фигурки из дерева ею почти не получалось, так как работа сразу же усложнялась, а линии получались грубыми и неровными.
Теперь же, когда искатель выхватил топор в левую руку, то он сидел в ней не хуже чем в правой. Обточил маленькую веточку, сделав из нее подобие зубочистки, и с улыбкой отметил плавность, с которой двигалась рука. Однако стоило вместо топора взять что-то другое, допустим, пистолет, и неловкость появлялась вновь.