Через пару недель страсти более-менее улеглись, и даже Йоши вернулась к привычному образу жизни. Понять по ее лицу, добилась ли она успеха в своих исканиях, было невозможно, а сама она по-прежнему ничего не говорила. Йоко, постоянно напоминая себе, что дела Маэми ее не касаются, буквально в последний момент останавливала себя от вопросов.
А потом неожиданно произошло такое, из-за чего друзья и думать забыли о заботах баунто, полностью переключив свое внимание на текущие события.
Обычный ужин не предвещал ничего из ряда вон выходящего. Все было как обычно: легкая пища, чай Йоко, разговоры ни о чем и обо всем. Ребята рассказывали, как проходит служба, Кодзу делился новостями, которые как-то узнавал по своим каналам. Идиллия.
Но ни одна идиллия не может быть вечной. Легкий звон, словно от маленьких колокольчиков, оборвал делящуюся впечатлениями о последнем посещении мира живых Хинамори на полуслове. В открытое окно влетела адская бабочка, чьи взмахи крыльев издавали такой звук. Переглянувшись между собой и не найдя за собой никаких провинностей, друзья вопросительно уставились на посланницу, севшую на указательный палец Кодзу. Старичок слушал сообщение, мрачнея с каждой секундой, а когда бабочка улетела, одарил компанию весьма тяжелым взглядом. По спинам ребят прошел знакомый неприятный холодок. Все ожидали дурных новостей - Кодзу не стал бы хмуриться без поводу. Неужели случилось что-то ужасное? Опять кто-то погиб на задании? Йоко с трудом удержалась от того, чтобы немедленно нырнуть в водоворот духовной энергии и начать искать в нем источники реацу всех дорогих и близких ей людей.
- Йоко, - при звуке своего имени девушка вздрогнула. - Тебя и Ренджи срочно вызывает к себе капитан Айзен.
- Что произошло? - Накамуре пришлось приложить поистине титанические усилия, чтобы голос прозвучал, как обычно, а не дрогнул, открывая путь истерике.
- Он сказал, что вы все узнаете на месте, - ответил Кодзу. - Идите.
Дом Йоко и Ренджи покидали в полном смятении. Оба совершенно не представляли, что же такого могло случиться, что они позарез потребовались капитану на ночь глядя, причем именно в таком составе. Если бы Айзен вызвал Йоко и Изуру, вопросов бы не возникло - как-никак, они оба фактически выполняют работу лейтенанта. Так что ребята, обменявшись парой вопросов и поняв, что они вообще ничего не понимают, предпочли не гадать, а просто отправились на территорию Отряда.
- Хорошо, что пришли так быстро, - вместо приветствия сказал Айзен, стоило этой парочке возникнуть на пороге его кабинета.
Несмотря на поздний час, капитан не выглядел хоть сколько-нибудь уставшим, и казалось, что он еще вполне в состоянии одной левой свернуть гору-другую. Когда ребята вошли, он что-то бойко строчил в очень объемистой тетради.
- Что случилось, капитан Айзен? - задал вопрос Ренджи, когда, смерив их непонятным взглядом, тот вернулся к своей писанине.
Капитан вместо ответа начал перекладывать на своем столе папки с отчетами, которые Йоко сегодня отдала ему для более детального изучения, пока наконец не нашел лист плотной бумаги, исписанный убористым почерком и заверенный печатью Пятого Отряда.
- Ознакомься, Абарай-кун, - спокойно произнес Айзен, протягивая бумагу Ренджи.
Решив, что их двоих в срочном порядке отправляют на какое-то не терпящее отлагательств задание, Йоко тоже сунула нос в документ.
- Что все это значит? - спросил парень, дочитав до конца. - Какой перевод? Почему мне об этом ничего не известно?
- Самый обычный перевод, - подтвердил капитан, тоном голоса давая понять, что решение окончательное и обжалованию не подлежит. - В Одиннадцатый Отряд.
- Но в связи с чем? - непонимающе вытаращилась на своего начальника Йоко. Этот мужчина, кажется, взял в привычку ставить ее в тупик самыми неожиданными решениями.
Переведя тяжелый пронзительный взгляд с нее на Ренджи, Соскэ натянул на лицо загадочную полуулыбку, от которой ребятам захотелось оказаться как можно дальше отсюда.
- Вы и сами прекрасно это знаете, - заметил он. И, чуть прищурившись, добавил: - Так что давайте не будем строить из себя невинность. То, что я до этого ничего не говорил, вовсе не означает, что я ничего не замечал. Полагался на твое благоразумие, Абарай-кун. Думал, сам одумаешься. Но мне вовсе не нужно, чтобы у меня и моего Отряда возникли проблемы с капитаном Кучики из-за того, что один из моих офицеров решил плюнуть на многовековые традиции и соблазнить его сестру.
Это была такая немыслимая ахинея, что Накамуре ужасно захотелось заковыристо напомнить капитану, что он сам тоже не лыком шит. Слышать от Айзена, будто он всерьез беспокоится о репутации Отряда, было даже не смешно. Однако решение он принял, кажется, всерьез и действительно не собирался его менять. Тема их с капитаном следующей беседы определилась сама собой. А вопросов было море. Почему именно Одиннадцатый Отряд? Почему именно сейчас? Зачем надо было ждать столько лет, если он узнал о связи Ренджи и Рукии давным-давно? И все в том же духе.
