Тэффи
Тонкая психология
Из репертуара Петербургского Литейного Театра
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
К о м м и в о я ж е р.
Д а м а.
С т у д е н т.
К а д е т.
К о м м и - говорит с польским акцентом, франт, большие усы. Делает глазки, поворачивается в профиль, выступает петухом.
С т у д е н т - лохматый, молодой, говорит по южному на "о" с придыханием "ха". Смущенно осклабляется. Застенчив, но весел.
К а д е т - круглощекий, розовый, сидит выпучив глаза в одну точку.
Д а м а - разряженная, но простоватая. Томно закатывает глазки.
Железнодорожная платформа, слева стена станции, из-за которой доносятся звонки, грохот проходящих поездов, выкрики носильщиков. Вдоль платформы скамейки для публики, которая то приходит, то уходит, с корзинами и чемоданами. Одна из скамеек двойная, углом.
Со стороны станции выходят коммивояжер со студентом. У комми в руках щегольский сак. У студента сверточек, из которого торчит подушка.
К о м м и (продолжая разговор). И, представьте себе, я сам иногда удивляюсь. Достаточно мне так немножко в профиле прищурить глаза, вот так покрутить ус - и она уже преспокойно погибла.
С т у д е н т (осклабляясь). Гы-ы...
К о м м и. Ей-богу. Вот, заметили на вокзале барышню в розовой шляпке. Ну, так верьте слову - она меня уже не забудет. А что я сделал? Только прошел мимо.
(Со стороны станции выходит кадет с большими чемоданом и корзинкой. Садится на угловую скамейку, вынимает из кармана яблоко, вытирает обшлагом, ест).
С т у д е н т (искренно). Нет, я так не умею.
К о м м и (презрительно усмехается). А, вы думаете, я этому рад? Ей Богу, я даже не рад! Я столько страдал через любовь. В Конотопе били меня башмаком, в Саратове самоварной трубой, в Лодзи, верите ли, суповой ложкой, в Минске меня били... (Мимо проходит барышня. Комми приостанавливается и делает глазки). Ну, эта уже. Эта меня не забудет.
С т у д е н т. Гы-ы. А я так не умею. Я всегда говорю женщинам что-нибудь эдакое тонкое. У вас, мол, роскошные глаза и тому подобное. А так я не умею.
К о м м и. Фа! вы еще неопытный теленок. (Выходит дама, за ней носильщик с вещами. Дама садится около кадета, вынимает из сумочки газету, читает).
С т у д е н т. Посмотрите, вон там дамочка с кадетиком сидит. Хорошенькая. Вот бы такую подцепить. А? Не вредно! Гы-ы.
К о м м и (смотрит на даму, охорашивается). Не дурна (смотрит на часы). Если даже она едет в Ламань, так и то в моем распоряжении больше двух часов. Можно успеть.
С т у д е н т. А вы не в Атамань?
К о м м и. Нет, мне в Николаев? Через четыре часа.
С т у д е н т. А хорошенькая! Роскошные глаза!
К о м м и. Должен вас предупредить, что у подобной женщины добиться взаимности очень трудно. Тут нужна тонкая психология. Заметьте себе - она едет с сыном.
С т у д е н т. Ну?
К о м м и. Она мать. Материнство - это нечто животное. Завладеть сердцем матери можно только, получив расположение ее ребенка.
С т у д е н т. Ну, я так не умею.
К о м м и. Смотрите и учитесь. (Подбегает к кадету). Молодой человек! Разрешите поставить мой багаж рядом с вами. Хе-хе. (Кадет жует яблоко и молча косится на комми).
К о м м и. Мне чрезвычайно приятно с вами познакомиться, молодой человек. Я люблю молодежь. (Все время кокетливо поглядывает на даму. Та не обращает никакого внимания). Вы любите плоды, молодой человек? Разрешите, я вам сейчас (Срывается с места и убегает. Студент неловко подсаживается к даме).
С т у д е н т. (покашливает).
Д а м а (мельком взглядывает на него и, опустив глаза, улыбается).
С т у д е н т. Виноват!
Д а м а. Что?
С т у д е н т. Нет, ничего, я так... Я хотел сказать... но не решаюсь...
Д а м а. Что же такое? В чем дело?
С т у д е н т. Н-не могу...
Д а м а. Вот смешной!
С т у д е н т (мрачно). У вас роскошные глаза. (Дама смеется. Возвращается комми с двумя яблоками в руке).
К о м м и. Вот, молодой человек. Чудные фрукты. Кушайте для первого знакомства.
К а д е т. Мерси. (Встает, расшаркивается и принимается за яблоки).
К о м м и (делает глазки даме).
К о м м и (студенту). Мне нужно вам кое что сказать (Отводит его в сторону). Что? Заметили? Она, конечно, еще крепится, она еще и сама не подозревает, что уже принадлежит мне.
С т у д е н т. Да что вы!
К о м м и. Ей-Богу. И это меня даже не радует. Я вам говорю, что я много страдал через любовь. В Брянске палкой, в Минске утюгом, в Саратове самоварной трубой, в Николаеве просто кулаком, в Смоленске... смотрите, смотрите, она, кажется, уже шевелится. Бедняжечка! Ей-Богу, даже жаль... Но пойдем - нельзя терять время.
С т у д е н т. Роскошные глаза.
К о м м и (кадету). Уже откушали? Ну, я очень рад, что у вас такой богатый аппетит! Ей-Богу! Уже мы с вами наверное подружимся. Вы куда едете?
К а д е т. В Николаев.
К о м м и (подпрыгивая). В Николаев. Да вы меня мертвецки обрадовали! Молодой человек! Позвольте вашу руку. Мы же с вами всю дорогу будем вместе. Позвольте представиться: Сигизмунд Станиславович Гуслинский. Но это не обязательно, зовите меня просто, Володя. (Глазки в сторону дамы). Ну, как я рад. Это прямо, как говорится, судьба подарила мне свой перст.
