Вот список гипотез Фрейда в сравнении с альтернативами, предложенными современной нейробиологией:
1. Спусковой механизм сновидений
Фрейд: высвобождение нереализованных желаний.
Нейробиология: активация мозга во время сна.
2. Особенности сновидений
Фрейд: маскировка и цензура подсознательных желаний.
Нейробиология: хаотический, восходящий (снизу вверх) процесс активации.
Фрейд: этого объяснить не мог!
Нейробиология: избирательная активность лимбической доли.
Фрейд: вытеснение.
Нейробиология: аминэргическая демодуляция.
Фрейд: регрессия к сенсорному уровню.
Нейробиология: активация волн быстрого сна и МКЗ.
Фрейд: растворение эго.
Нейробиология: избирательная деактивация дорсолатеральной префронтальной коры.
3. Функции сновидения
Фрейд: часовой сна.
Нейробиология: эпифеномен, однако фаза быстрого сна важна для жизни, так как в ней совершенствуется терморегуляция и иммунная функция.
Как говорят у нас в Америке: «Плати деньги и выбирай». Я выбираю нейробиологию. А вы? Что касается Солмса, он всего лишь очень толковый психоаналитик, старающийся спасти Фрейда от мусорной корзины. Его аргументы, основанные на своих важных нейропсихологических работах, слабы. Он отказался от функций маскировки и цензуры, зато ухватился за исполнение желаний. Сновидения действительно часто представляют наши желания, но эти желания редко бывают по-настоящему бессознательными, кроме того, сновидения представляют наши страхи – факт, который Фрейд так и не сумел объяснить. Что же остается Солмсу, после отказа от «маскировки-цензуры» и очень слабой защиты «исполнения желаний»? Не много!
Солмс нападает на мою гипотезу сновидений как активации и синтеза, потому что наблюдалась рассогласованность между фазой быстрого сна и сновидениями. Я уже не раз отмечал, что корреляция между быстрым сном и сновидением количественная, а не качественная. Мозг с наступлением сна тотчас начинает сдвигаться от режима бодрствования к быстрому сну. Это означает, что вероятность сновидения начинает возрастать с самого начала сна и существует даже в глубоком медленном сне, когда мозг активен на восемьдесят процентов от уровня бодрствования, а пика достигает в фазе быстрого сна.
Почему же я тогда говорю, что Фрейд и Солмс на пятьдесят процентов правы? Потому что сновидения не совсем лишены смысла. Они действительно осуществляют диалог между эмоциями и мышлением. Следовательно, они стоят того, чтобы их записывать, обсуждать и даже истолковывать, чтобы выяснить, что они говорят о наших эмоциях и как влияют на мысли и поведение. Однако они говорят и влияют прямо и открыто, а не через символическую трансформацию запретных желаний из подсознания.
Хорошая новость в том, что платить за это не придется – не придется даже выходить из дома. Чтобы исследовать свою эмоциональную жизнь с помощью сновидений, нужно только обращать на них внимание, вести записи и размышлять над сообщениями из вашего эмоционального мозга – лимбической доли. Если вы, как и я, ученый, вам доступно и большее. Вы можете построить на сновидениях новую теорию сознания.
Вы когда-нибудь наблюдали за ребенком, который только учится ходить? Вот он бросается к желанной цели и, споткнувшись, падает ничком. Ребенок поднимает голову и ищет взглядом мать. На его лице при этом нет выражения. Он не выказывает никаких эмоций. Чтобы понять, что случилось, он смотрит в лицо матери. Плохое случилось или хорошее? Мне плакать или смеяться?
