1
Чжан Чжао с подозрением спросил:
— Ты ведь только что сказал, что эти дети были сиротами, усыновленными гаошаньским принцем?
Сюань Цзи перевел на него взгляд. Казалось, его веки были очень тяжелыми. Он с трудом сдерживался, словно избегая смотреть в лицо своему собеседнику.
Люди старели под гнетом памяти. Не было бремени тяжелее, чем это. Сюань Цзи вспомнил лишь несколько деталей из своего прошлого, но не нашел в них ни единой подсказки. И это едва не превратило его из легкомысленного юноши в иссохшую мумию.
Он почти чувствовал витавший вокруг запах затхлости.
Когда меч демона небес был уничтожен, заключенный в него птенец Чжу-Цюэ не умер, он стал духом. Сюань Цзи вспомнил, как оказался в ситуации, где и демоны — не демоны, и призраки — не призраки. Он был словно черепаха без панциря. Ему не доставало сил и знаний. Он ничего не помнил.
Вначале он инстинктивно следовал за Шэн Линъюанем, кружась вокруг него. Кто знает, сколько времени прошло, прежде чем Сюань Цзи хоть немного пришел в себя и понял, кто он такой.
Он обнаружил, что никто в этом мире больше не видел и не чувствовал его. Он застрял между жизнью и смертью, он был в полном смятении.
Немного успокоившись, Сюань Цзи кратко пересказал публике историю, свидетелем которой он стал.
Избавившись от меча демона небес, император оправдал возложенные на него ожидания. Он вновь сделался «нормальным» и к нему вернулась привычная мягкость. Без лишнего шума он выяснил, кто именно сговорился с правителем клана гаошань, но не стал их преследовать. Он даже признался, что ранее пребывал во сне, и его разум был затуманен, поэтому он и вел себя так странно.
Успокоив осужденных за сговор, владыка людей оправдал погибших и выразил их семьям свои глубочайшие соболезнования, а всех выживших, одного за другим, повысил в должностях. В государственных делах Его Величество был крайне прилежен и вскоре дела во дворце пошли на лад. Больше он не казался таким угрюмым, сделавшись похожим на монарха, чья слава останется в памяти народа на века. Но обрадовавшиеся чиновники, к сожалению, не ведали, что за благими делами скрывались неприятности и боль.
Может быть, именно из-за их поддержки правитель клана гаошань Вэй Юй, считавший, что внес невероятно большой вклад в общее дело, слишком возгордился своим «героическим подвигом». А может быть он считал, что без волшебного меча у императора не осталось последователей? Он смело раскрыл свои амбиции и хотел было воспользоваться подвернувшейся возможностью, чтобы укрепить власть клана гаошань. Он неоднократно просил у двора денег и земли. Он стал настолько высокомерным, что возжелал жить вечно. Вэй Юй никого не слушал. Словно зачарованный он бросился изучать печально известные ритуалы своего клана. Каждый день он выпивал по три литра детской крови*. В первый и пятнадцатый день лунного месяца он принимал эликсир из плаценты, а в обычное время питался жизненной силой юношей и девушек… Дети, которых он держал у себя во дворце, отлично подходили для этого.
Но никто не мог сказать, давали ли все эти ритуалы хоть какой-нибудь результат. С утра и до вечера чиновники были заняты сотнями разных дел, у них совершенно не было времени обращать внимание на то, как молод и красив был правитель Вэй Юй. Но возмущение среди них росло. Как могли эти ученые и бюрократы, которые раньше были ему верны, привыкнуть к таким безумствам? Они называли гаошаньского правителя варваром, и все больше отказывались с ним знаться.
Пару лет спустя Шэн Линъюань рассердился и поднял восстание. Он составил целый список его преступлений, в который вошли такие вещи как: «вступление в сговор с кланом демонов», «следование темному пути» и «предательство». Он признал Вэй Юя виновным. Словно гром среди ясного неба, армия тотчас же окружил столицу гаошаньцев. Некогда трон императора У тоже был захвачен демонами, но по сравнению с теми событиями, оборонительные сооружения острова выглядели так, будто были сделаны из папье-маше2. Владыка людей приказал солдатам атаковать город, и менее чем за половину большого часа3 дворец был взят. Те, кто едва стоял на ногах, не успели даже спуститься с городской стены.
2
3
