Был уже почти полдень, когда самолет приземлился в Сишань. Откуда-то с севера пришли снеговые тучи, и неприступная гора за ночь побелела. Все местные птицы словно вымерли. Все, кроме редких ворон и шустрых воробьев. По сравнению с жарким Юйяном, полным кокосовых пальм, Сишань казался частью совершенно другого мира.
Всю свою жизнь Шэн Линъюань провел в сражениях. Скитаясь по свету, он прекрасно знал разницу между севером и югом1, и мог спокойно преодолеть этот путь за две партии в ци2. Лицо Его Величества оставалось спокойным, но на деле он был поражен до глубины души.
1
2
Прежде, чем отправиться в дорогу, он спросил Сюань Цзи:
— Почему бы тебе не полететь самому?
И это были слова лягушки из колодца3.
3
Даже древние рыба Кунь и птица Пэн, будучи самыми настоящими богами, способными за день преодолевать тысячи ли, не могли летать так быстро. Что было говорить о Сюань Цзи?
— Если честно, даже несмотря на то, что это служебный самолет для спецзаданий, когда-то он был обычным гражданским самолетом. Мы модифицировали его. Он не очень тяжело оснащен, — Ван Цзэ оказался на совесть хорошим гидом. Он никогда не замолкал на полуслове, будь то официальная история страны или же какая-нибудь легенда. — Те, кто располагает настоящей техникой, обычно заняты в военной или космической промышленности.
Осознав, что полностью потерпел поражение в борьбе за внимание Его Величества, Сюань Цзи поспешно открыл вторую бутылку минеральной воды. Во-первых, он только недавно устроился на эту работу и, естественно, не был таким осведомленным4, как прожженный хитрец5 Ван Цзэ. Во-вторых, в отличие от представителей водного класса с их неисчерпаемыми запасами влаги, он всегда мог сослаться на то, что из-за слишком долгой болтовни у него пересохло в горле.
4
5
Шэн Линъюань даже растерялся, когда Ван Цзэ внезапно заговорил с ним о «технологиях пилотируемой космонавтики», «космической станции» и «лунном челноке». Лишь из вежливости Его Величество сделал вид, что восхищен этими речами, но в душе он не поверил ни единому слову.
Смертные возносятся на небеса, боги гибнут, свет и тьма сливаются воедино, а жизнь и смерть обращаются вспять... Но разве это не самый настоящий хаос?
Бред какой-то.
Самолет приземлился на специальную посадочную полосу Управления по контролю за аномалиями. Ван Цзэ и Сюань Цзи уже успели изучить все функции этого здания, насчитывавшего более сотни этажей. Снаружи гудел ветер и падал снег, но, стоило им только войти в вестибюль тридцать шестого этажа, как местная система центрального отопления самостоятельно переключилась на комнатную температуру.
Божественное сознание Шэн Линъюаня пребывало в полном покое. Он знал, что тепло исходило от труб с горячей водой, проложенных внутри стен и под землей. И он не мог не думать о том, что это было намного лучше, чем стенные печи дворца Дулин. В сравнении с этим огромным зданием, даже утопавший в роскоши нефритовый дворец Вэй Юя казался убогим захолустьем, попросту не достойным упоминания.
Вдруг, Шэн Линъюань отчетливо понял, почему эти современные носители «особых способностей» казались ему такими «невежественными». Их окружало невероятное множество хитростей, делавших их жизнь в разы проще. Они попросту ничего не умели. Они и не должны были уметь.
Внезапно, оба его проводника прикусили языки. На тридцать шестом этаже их уже ожидал директор Сяо.
— Мать моя... — Ван Цзэ поспешно сглотнул, что-то сдавленно прогудел и обратился к Сюань Цзи. — Как ты считаешь, лицо старины Сяо покрыто свинцовым порошком? По-моему, он как-то почернел.
— Сынок, — сухо произнес Сюань Цзи, — сдается мне, сейчас у него даже макушка черная.
Стоявший перед ними директор Сяо глухо усмехнулся.
— Командир Ван, директор Сюань, ваше триумфальное возвращение случилось быстрее, чем мы ожидали. Ох, мы ведь приготовили для вас букеты красных гибискусов6, вот только упаковать не успели.
