Дао И задрожал. Его клинок внезапно вылетел из гробницы, но так и не осмелился приблизиться к незнакомцу.
Схвативший его человек вышел из тумана, и свет упал на его лицо. Его длинные волосы были черными, как ночь, а лицо невероятно бледным. Это была не глянцевая белизна фарфора и нефрита, это была белизна инея и снега. От гостя веяло пронизывающим холодом, а его глаза были глубокими, как бездна.
Дао И подумал, что он, вероятно, когда-то знал этого человека. В противном случае, почему, от одного лишь дыхания незваного гостя все его тело содрогалось, и подкашивались колени?
Но после стольких прожитых лет его память разрушилась. Он не помнил даже о том, кем сам когда-то был.
Гостем, ворвавшийся среди ночи в Чиюань, был не кто иной, как Шэн Линъюань. Едва ступив в долину, он увидел, что это место было наполнено лишь бесполезным ржавым барахлом. Шэн Линъюань не знал, смеяться ему или плакать. Другие люди держали кошек и собак, а маленький, охранявший огонь демон, вероятно, страдал от одиночества. Неизвестно зачем и неизвестно где он нашел столько сломанного оружия, но в итоге, в качестве домашних животных он завел кучку старых духов. Какое странное хобби…
— Не двигайся. — Шэн Линъюань вскинул руку, черный туман окутал клинок Дао И и потащил его вперед. Сжав пальцами старую рукоять, гость небрежно взмахнул мечом. — Клинок поврежден, от этого дух страдает в десять раз сильнее. Почему ты не хочешь предать свое тело земле?
Духи Чиюань не могли пробиться к алтарю, но большинство из них не забыли о храбрости, они раз за разом продолжали пытаться, силясь добраться до незваного гостя. Дао И собрал последние силы и невероятным усилием вырвался из чужой хватки.
Голос Шэн Линъюаня звучал мягко, как шепот возлюбленного.
— Я могу помочь тебе, тебе больше не будет больно, хочешь?
На бескожем лице Дао И проступили синие вены, его клинок дрожал, охваченный черным туманом. На мгновение он вырвался из своих оков и ударил Шэн Линъюаня по руке. Однако, на расстоянии в полцуня от запястья молодого человека клинок замер, не в силах больше сдвинуться с места.
— Если твое сломанное лезвие коснется меня, ты тут же окажешься в земле, — Шэн Линъюань махнул рукой. Дух меча ощутил небывалую легкость, его тело покинуло алтарь и вместе со сломанным мечом поплыло по воздуху. Холодный ветер ударил ему в грудь. Дао И опустился на землю, рухнул на колени и закашлялся.
Стоявший на алтаре человек смотрел на него сверху вниз. Но уже через мгновение ему это наскучило, и он отвел взгляд.
— Если ты так хочешь жить, я не стану тебе мешать. Ты можете и дальше влачить свое существование. — Шэн Линъюань ткнул в него указательным пальцем. — Ш-ш-ш, тише. Я всего лишь позаимствую кое-что и сразу же уйду. Не тревожьте своего хозяина понапрасну.
Его голос затих, и молодой человек шагнул прямо к расколотой стеле.
Шэн Линъюань просто хотел попробовать, он не тешил себя большими надеждами. В конце концов, Чиюань был резервуаром для огромного количества энергии, издревле охранявшимся кланом божественной птицы Чжу-Цюэ. После гибели клана божественной птицы, Его Величеству с трудом удалось подавить мощь алой бездны, при помощи запрещенных техник. В конце концов, дух, родившийся из костей Чжу-Цюэ… стал Хранителем огня. Будучи принесенным в жертву Чиюань он, вероятно, обратился в прах. Но, возможно, кое-что еще осталось.
Но, как только Шэн Линъюань подошел ближе, он увидел собрание памятников.
Каменные стелы стояли вокруг алтаря. Некоторые из них были сломаны, на остальных виднелись даты рождения и смерти. От камней слабо тянуло жаром. Излишне было говорить, что это место являлось гробницей духа Чжу-Цюэ. Но Шэн Линъюань никак не ожидал, что здесь могло хоть что-то сохраниться.
Собранной в долине груде металлолома недоставало интеллекта, им нелегко было понять, что означали слова Шэн Линъюаня. Едва гость приблизился к собранию памятников, Дао И побледнел, и, позабыв обо всем на свете, опрометью бросился в густой туман.
— Стела… — голос Дао И скрипел, как наждачная бумага. — Не… надо…
Стелы нельзя было разбивать. Каждый раз, когда это случалось, Хранитель огня «умирал».
Но Шэн Линъюань не желал слушать докучливую болтовню духов. Дао И не успел выдавить из себя ни слова, когда черный туман превратился в лопату и врезался под каменное основание, намереваясь разыскать одну из сломанных костей.
— Нет…
— Хм? — Шэн Линъюань нахмурился. Под землей было пусто. Там не было ничего, даже одежды, не говоря уже о каких-либо останках.
Это не надгробия? Тогда откуда взялся запах Чжу-Цюэ?
Шэн Линъюань с удивлением посмотрел на каменную стелу. Вдруг, ползущая по ней трещина расширилась. С тихим треском стела раскололась надвое и с грохотом обрушилась на землю, разбившись на куски.
Шэн Линъюань изумленно замолчал.
Хотя Его Величество и нельзя было назвать хорошим человеком, он ничего не делал бесцельно. У него не было привычки есть за чужой счет и вредить самому себе.
