Ни человек, ни даже фигурка из дерева, не смогли бы забыть свое имя.
Такие вещи нельзя забывать, иначе в будущем будешь сильно горевать.
Свет в глазах Маосаня померк, но даже после смерти он все еще смотрел на ребенка из пророчества, словно ожидая, что он сможет дать отчаявшимся смертным место для жизни и вернуть в страну потерянный мир.
С тех пор Шэн Линъюань неплохо научился вырезать фигурки из дерева, но он больше никогда не давал им имена, как не давал их и приближенным слугам.
Кого-то он звал Чэньшици7, кого-то Вэй-эр8, кого-то Цзычу9, кого-то Сюйсы10. Они приходили и уходили, но он всегда помнил того располовиненного охранника.
7 辰十七 (chénshíqī) — пятый циклический знак из двенадцати (так же имеет значение день); семнадцать (семнадцатый).
8 未二 (wèièr) — восьмой циклический знак из двенадцати (также время с 1 до 3 часов ночи); два (второй).
9 子初 (zǐchū) — предполночный час (от 23 до 0 ч.)
10 戌四 (xūsì) — одиннадцатый из двенадцати циклических знаков; четыре (четвёртый).
Однако, несмотря на отсутствие имен, они все равно оставили в душе Шэн Линъюаня свой след.
Маосань научил его резьбе по дереву, Чэньшици научил его настраивать флейту, Вэй-эр научил его играть на сюне, а Цзычу научил его народным песням юго-востока… Один за другим, они вырезали из него владыку людей.
Он смеялся и никак не мог остановиться, будто перед ним развернулась самая настоящая комедия, и это зрелище определенно стоило своих денег.
— Ваше высочество… Ваше высочество…
— Ваше Величество!
— Ваше Величество, вы — надежда всего народа…
— Надежда народа…
— Ваше Величество, уведите нас отсюда…
Жестокая картина перед глазами Сюань Цзи рухнула, и, прежде чем юноша успел прийти в себя, он снова оказался на почтовой станции. Однако, с позиции духа меча, его маленький хозяин, в теле которого он жил, словно паразит, должен был немного подрасти. Теперь точка его обзора поднялась на несколько сантиметров.
Дух Сюань Цзи вновь угодил в тело юноши, но не успел он толком осмотреться, как почувствовал, что его ударили линейкой1 по спине. Удар был не настолько сильным, чтобы причинить боль, но мальчик все равно потерял равновесие. Он оказался застигнут врасплох. Все случилось так внезапно, что юный Шэн Линъюань пошатнулся и едва не упал.
1 戒尺 (jièchǐ) — уст. линейка для наказания учеников.
Испугавшись, Сюань Цзи подался вперед и выпалил:
— Твою ма…
— Встань ровно, — неподалеку от него раздался холодный женский голос. Юный Шэн Линъюань встрепенулся и рефлекторно выпрямился.
Позади послышался шорох одежды. От удара у мальчика онемела шея, но его взгляд инстинктивно последовал за звуком. Краем глаза мальчик попытался подсмотреть, что происходило у него за спиной.
Но прежде, чем он успел хоть что-нибудь разглядеть, на него снова обрушилась линейка.
— Ты — государь, а значит, тебе следует вести себя как подобает и не смотреть куда не следует2, — вновь ответил голос. — Если хочешь меня увидеть, просто повернись. Нечего закатывать глаза. Что это за вид?
2 目不斜视 (mùbùxiéshì) — и глазом косо не взглянуть (обр. в знач.: держаться корректно; не отвлекаться, не смотреть, куда не следует).
Владелец голоса медленно подошел к Шэн Линъюаню, и Сюань Цзи наконец-то смог его рассмотреть.
Это была худая высокая женщина. Может быть, не настолько высокая, но его угол обзора был ограничен ростом маленького ребенка. Эта женщина давила на него одним своим видом. Она напоминала гору… пустынную гору.
Но определение «пустынная гора» вовсе не означало, что женщина была стара. У нее была превосходная осанка, чистые, ухоженные волосы и светлая кожа. Даже будь на ней одни только нижние одежды3, она бы все равно лучилась благородством. Она вовсе не казалась старомодной. Но, неизвестно почему, в ней словно не было ни капли жизни. Она напоминала прекрасно сохранившуюся мумию.
3 素衣 (sùyī) — нижнее белое платье, надевавшееся под церемониальную одежду.
Стоило только поднять голову, и перед глазами представало ее суровое вытянутое лицо, скрытое за слоем плотного макияжа. Кончики ее аккуратных бровей стремились к вискам, а один лишь взгляд ее глаз мог заставить любого почувствовать себя неловко. Куда бы она ни посмотрела, она повсюду видела лишь мусор.
Сюань Цзи еще не до конца оправился после трагического бегства, и весь его негатив тут же вырвался наружу. Он подумал: «Твою мать, а она-то здесь откуда взялась? Где этот великий наставник?»
Маленький дух меча, казалось, полностью разделял его мнение. Он тоже проклинал эту женщину: «Старая ведьма!»
Но это был тот редкий случай, когда Шэн Линъюань проигнорировал его. Мальчик почтительно склонил голову и произнес:
— Да, матушка4.
4 母后 (mǔhòu) — мать монарха (особенно при обращении принца или принцессы к матери).
Сюань Цзи ошеломленно замолчал.
Подождите-ка, это… это что, легендарная императрица Чэнь? Та, кого император У посадил под домашний арест?
