Он снова замолчал и опустил голову. Эр рванулся к служебному входу. Загрохотал тяжелыми подошвами по жестяной лестнице, спускаясь все ниже в синеватый полумрак, холод и гудение каких—то машин.
Дэла он увидел сразу — тот сидел прямо на полу перед очередным агрегатом, от которого толстые шланги вели к округлившейся сутулой спине, входя в гнезда стабилизаторов.
У Эра кольнуло где—то под ключицами. Сжалось горло, изменился Осунулся, похудел и выглядел болезненно. Некогда серебристые дреды теперь были затянуты на затылке теш пучком, небрежно схваченным резинкой, виски почти заросли. Эр рванулся вперед, вцепился в любовника, зашептал:
— Дэл! Дэл, открой глаза! Это я! Дэл.. .Ну Дэл...
Ликвидатор очень медленно поднял голову. Несколько секунд внимательно вглядывался в лицо перед собой, хмурясь и приоткрывая губы, словно хотел спросить что Потом, наконец, улыбнулся и протянул:
— Ааааа... Эр. Привет... А я все жду тебя, жду...
— Дэл, — сдавленно проговорил Эр и снова стиснул в крепких объятиях, — Господи, как я рад тебя видеть!
— Хм... Видок у меня, наверное, неважнецкий... — даже попытался усмехнуться, но зашелся в долгом сухом кашле. Эр не отпускал его, гладил по спине и затылку.
— Знаешь, Эр, я правда рад, что ты успел. Я так хотел увидеть тебя напоследок...
— Ну о чем ты говоришь? Какое еще «напоследок»?! — Эр посмотрел в его мутные глаза, — Я тебя заберу отсюда, Блис тебя вылечит. Ну придется просто бухать сильно, ну и что? Вместе веселее, правда?
— Блис? — сипло прошипел ликвидатор, слабо улыбаясь,— Так он жив?
— Да. А что, не должен был? — Эр немного удивился. Он ничего не знал о происшествии в «Паноптикуме». И, конечно же, ничего не знал о том, что Блисаргон сам не был в курсе всех задумок Кукольника и подчиняющегося ему Акера.
— Черт. Здорово, что Блис жив. Чего там у вас еще новенького?
— Представляешь, Дидж к нам приперся! В бега ударился от собственных хозяев, двурушник чертов! Но пока что ведет себя смирно.
— Засранец, — ласково проговорил Дэл, покачав головой.
— А ты? — проговорил после паузы ликвидатор.
— Что я? — прошептал Эр.
— Ты все еще на Топливе?
— Нет. Нет, уже нет...
— Это хорошо, — улыбнулся Дэл потрескавшимися сухими губами, — А я, как ты и говорил, оказался просто треплом. Наобещал тебе в три короба. А сам... Вот тут вот...
Он развел руками, словно указывая на свое обиталище. Эр крепко стиснул его и прорычал:
— Не смей о себе так говорить! Ты не трепло!
Они помолчали. Эр отодвинулся. Посмотрел в лицо Дэлу. Ему казалось, что он может смотреть на ликвидатора целую вечность. На измученного, слабого, но все равно того самого ликвидатора, которого он до сих пор помнил. И любил.
— Дэл, как тебя отключить от этой дряни? Поедем со мной, в коммуне тебе помогут...— начал с жаром Эр, но вдруг Дэл поднял чуть трясущуюся руку и прошептал:
— Тссс... Не надо ничего. Мне крышка, Эр. Даже если выключить от генератора. То есть, тем более, если отключитьот генератора. Сюда сваливают умирающих.
Он медленно кивнул в сторону. У стен в полумраке стояло еще несколько машин, рядом с которыми сидели т; же, как Дэл, обреченные. Некоторые из них уже лежал грязном бетонном полу, скорчившись. На машинах не мигали красные лампочки.
Эр почувствовал, как сердце проваливается в ледяное скользкое болото отчаяния и страха.
— Нет, нет, ты не умрешь, Дэл! Не умрешь! – затараторил он, вцепившись во все еще упругие плечи ликвидатора, погладил его по щеке.
— Успокойся, Эр. Все хорошо. Смерть — это не страшнее бесчестья. Разве ты так не считал, когда был ликвидатор.
Эр молчал и смотрел на Дэла отчаянно и с горечью. Слава богу, нет этих дурацких истерично—оранжевых очков. Можно смотреть Дэлу в глаза.
— Но.. .но, — Эр сглотнул подступившие слезы и проговорил жестче, — Но ведь я же могу что—нибудь для тебя сделать?
— Можешь, — кивнул Дэл, — Обними меня.
Эр помолчал. Потом медленно и плавно прижался к нему обвил руками. Изо всех сил был нежным и пытался отдать свое тепло. Но жесткое холодное тело ликвидатора оставалось холод и жестким. Эр ощущал легкий сбивчивый тремор слабых, не этом словно одеревеневших мышц Дэла Ему не выжить. Ему невозможно помочь. Будет все хуже и хуже, пока спазмы и кровоизлияния не превратят внутренности Дэла в кровавую кашу.
Эр осторожно прикоснулся пальцами к шлангу, ведущему в ямку под затылком, и коротким рывком отсоединил его. Дэл дрогнул, сипло вздохнув, но не предпринял больше ничего.Наоборот, прикрыл глаза и положил Эру голову на плече поспешно, один за другим выдернул все его шланги и провода. Словно освобождал любовника из чудовищной паутины. Дэл слабо улыбался и как будто дремал. Горло Эра сжималось от чего—то тяжкого, холодного. Лампочка на машине Дэла трепетала из зеленого в желтый пока, наконец, не стала красной и не загорелась ровно и ярко. Дэл вздохнул, чуть приоткрыв губы. И замер, став расслабленным и тяжелым.
