Прошли столетия. Клан стал еще могущественнее и сильнее. В сенате республики Строговы имели десятую часть представителей, которые так или иначе, но зависели от них, и люди из клана несколько раз избирались президентами. Однако потом появился пират Сергей Левченко по прозвищу Серый Лев, и жизнь клана дала трещину. Лучшие его представители погибли в боях, замок был взят и разорен, молокаев пустили на мясо, а островные владения поделили на куски и распродали. Потом Строговы и другие кланы поддались на провокацию и попытались устроить переворот. Неудачный, ибо мятежников с самого начала вели молодые спецслужбы императора, и если бы не красавица Валери Строгова, которая сначала стала возлюбленной деда, а затем его законной супругой, то про них можно было бы забыть. Ну а так нормально вышло. Часть Строговых выжила и вела себя весьма скромно и тихо.
Потом, после того как бабушка и дедушка разбежались в разные стороны, клан возглавил мой отец. Но номинально. Его никогда не интересовали дела родни по материнской линии, и он не любил бывать на острове. Правда, пару раз принц Константин порывался сровнять замок на берегу океана с землей и выстроить на его месте курорт, но не сложилось. И вот теперь, как его сын, я принимаю наследство. Однако, в отличие от Константина, я не могу позволить себе разбрасываться землями и замками, пусть даже разрушенными. Поэтому придется многое восстанавливать и вникать в дела клана. Пока думаю вот так, а как все пойдет, неизвестно. Понравится — возьмусь за дело всерьез и попробую вернуть себе весь остров. А нет — и не надо, скину проблему на плечи кого-то из новоявленных родственников и забуду, что такое место вообще есть.
Тем временем «Скаур» приземлился. Воздушная парковка — кому удобно, может называть ее аэродромом — пустовала, но следом за нами на снижение шел аэромобиль с гербом императора. Васильев все время находился неподалеку и не выпускал нас из виду.
Мы с Кроуфордом обменялись координатами, договорились снова встретиться и расстались. Полосатый «Скаур» взвился в небеса и исчез, а я дождался майора, который сразу же спросил:
— Чего Алекс хотел?
— Дружбы ищет и союз предложил.
— А ты?
— Принял.
Васильев шмыгнул носом и кивнул:
— Наверное, это правильно.
— Я тоже так думаю. Пойдем, нас уже ждут.
Над старыми обшарпанными стенами замка появились разноцветные праздничные флаги, что-то из Международного свода сигналов. Там засуетились люди, и у ворот появилась группа встречающих из служилого сословия, многие из которых моему появлению были искренне рады. Хозяин вернулся, и грядут перемены, скорее всего, хорошие, а значит, можно улыбаться.
— Уходит наша старая гвардия. — Начальник ГРУ генерал-лейтенант Алексей Добровольский, сухопарый брюнет в усыпанном орденами парадном мундире, кряхтя, разместился на мягком диванчике, расстегнул воротник и взял в руки стакан с виски.
— Да, это так, — рядом с ним присел второй генерал-лейтенант, начальник Службы имперской безопасности Феодосий Греков, бородатый и лысый крепыш, колоритная личность, над внешностью которого любил по-приятельски пошутить император.
Два генерала, которые возглавляли мощные спецслужбы, знали друг друга уже сто лет, и это не было преувеличением. Они в самом деле были знакомы целый век и в этом году могли бы отпраздновать этот своеобразный юбилей. Однако им было не до того. Несмотря на возраст, они продолжали служить империи, но встречались редко. Сегодня же был повод: в загородном особняке кремировали тело умершего старогвардейца, маркиза Плужникова, среди своих больше известного как Миша Истребитель. Проводить в последний путь своего товарища, последняя должность которого звучала как Главный инспектор аэрокосмической авиации, пришли многие, в том числе и начальники спецслужб.
К сожалению, время поджимало, и Добровольский с Грековым на поминовение не остались. Но поскольку оба плохо переносили полеты, то в столицу они направились на лимузине начальника ГРУ.
— Ну что, помянем Мишу Истребителя? — Добровольский приподнял стакан.
— Покоя и радости ему в лучшем из миров, — сказал второй старик.
Начальники спецслужб выпили, некоторое время помолчали, и Греков сказал:
— Слышал, что сегодня твой Сашка Кроуфорд с Виктором Строговым встречался.
— Да, встречался, — подтвердил Добровольский.
— И о чем они договорились?
— Решили дружить.
— Дружба — это хорошо. — Греков кивнул. — Не будем им мешать.
— Правильно, но этого мало. Думаю, что Сашке надо помочь.
— А может, ну его? Честно говоря, мне в игры вокруг трона лезть не хочется. Скользкая это тема.
— А придется. Выбор наследника заденет всех, так что давай работать, дружище. Лично я за то, чтобы наследником стал НАШ человек, а не вояка. Знаю, что ты скажешь, — нам без разницы, кто на трон взберется, ибо мы старенькие и нам скоро кранты. Однако надо не только о себе думать, но и о детях наших.
— Хорошо, я подумаю над твоими словами. — Начальник СИБ резким движением опрокинул содержимое стакана в рот, хмыкнул и спросил Добровольского: — Что будем с особой армией корпорантов в системе Фин-Ферагун делать?
