С этого момента корабли теократов были неопасны, и началась высадка наземного десанта. Город у местных жителей был один, он так и назывался - Город с приставкой Святой. В нем проживало более двести тысяч человек, и находились все производственные мощности, дворец Тотиллы и десять главных храмов. Поэтому мы считали, что захватив столицу и местного правителя, возьмем планету под контроль. А затем узнаем, где спрятаны корабли, заберем их и спокойно улетим. Чем быстрее, тем лучше, поскольку китайская поисковая эскадра находилась уже недалеко. По сведениям ГРУ она ушла в гиперпрыжок и скоро могла оказаться у нас в гостях. И хотя сил для удержания корпорантов у нас хватало, лишний раз с ними сталкиваться не хотелось. Ни к чему этому, перед новым вторжением воинов Орландо Таги, который является нашим общим врагом.
Имперские боевые корабли зависли над столицей теократов и были готовы оказать поддержку наземным силам. А вниз устремилось полторы сотни десантных шаттлов, которые спускали головорезов Серебрякова, механических стрелков, бронетехнику и БПЛА, не только ударные, но и разведывательные.
Происходило это на рассвете, и когда теократы окончательно проснулись, было уже поздно. Имперский десант работал по классическим схемам и сделал свою работу идеально. Сопротивление подавили в зародыше. Над городом скользили хищные тела летательных аппаратов с ракетами и крупнокалиберными пулеметами на борту. Все перекрестки, дороги, административные здания и казармы, под контролем молчаливых бойцов в броне. А во дворце местного правителя закрепились "аргонавты".
Потерь в личном составе нет, и только один шаттл, потеряв управление, был вынужден раньше срока сбросить БТР и он, рухнув вниз, утонул в реке. А что касательно кораблей, то к этому моменту они уже восстанавливались нашими энергетиками и принимали новые экипажи.
- Докладывает Меч-1, - находясь на своем боевом посту, услышал я голос Дымова. - Теократ у нас. Говорить отказывается.
- Почему? - задал я вопрос.
- Фанатик. Поэтому прошу разрешение на применение медикаментозных средств допроса.
- А если сердечко не выдержит?
- Да он вроде бы крепкий старик.
- Тогда разрешаю. Под твою ответственность. Ждем результатов.
- Слушаюсь, господин вице-адмирал. Сейчас видеосвязь наладим, сами все увидите.
- Давай.
Вскоре появилось сообщение о подаче дополнительного видеосигнала от Дымова, и я подключился. Все равно заняться больше нечем. Управлением флотилии занимался Бальдур Сакс, наземными силами руководил Серебряков, а эскадрой "Арго" Васильев. Ну, а я, вроде бы как главный, но находился в роли зрителя и статиста. В самом деле, чего суетиться, если отлаженная военная машина работала четко и без сбоев? Правильно - суетиться незачем. И меня беспокоили только два момента. Первый - беременность жены, которая в категорической форме отказалась оставаться на Ярге и отправилась с нами. А второй - наличие на наших кораблях большого количества женщин, неопытных и непроверенных. Но и тут все в норме. На "Забияке" прекрасное медицинское оборудование и безопасно, так что Барбаре ничего не угрожало. А воспитанницы Анжелики Харфагер вели себя достойно, как и полагается лучшим представительницам своей женской организации, которых отбирали быстро, но по жестким нормативам. Так что беспокойство мое основы под собой не имело.
Тем временем, пока я думал, на экране шлема появилась картинка.
Внутренние помещения дворца, где проживал местный правитель. Как-то все не богато и несуразно. Отделка из дерева и камня, работа грубая. Мебель разномастная, старые металлические шкафы и рядом обтянутые кожей новые диваны. На полу потертые ковры и паласы. Явно, блаженный проповедник роскошь не уважал и был аскетом.
Следующая картинка, смена видеокамеры. Большой зал с высокими потолками и под ногами оператора ("аргонавта") несколько трупов в одинаковой серой униформе, видимо, гвардейцы пророка. И рядом с ними оружие, новенькие "марлины", наверняка, трофеи с кораблей Карательного флота.
Оператор отвернулся, сделал несколько шагов в сторону, и я увидел Дымова. В глухой черной броне и закрытом шлеме он казался похожим на машину смерти, какого-то киборга. Ни единого лишнего движения. Автомат за плечом. А в руках у него пустой шприц, который он прятал в кармашек.
Снова смена ракурса и в кресле перед Дымовым обнаружился Тотилла Третий, чьи портреты находились на захваченном ушкуйниками корабле. Вот только на картинах пророк выглядел иначе. Там представительный уверенный в себе мужчина с волевым взглядом и длинной седой бородой, в белой чалме, с большим золотым крестом в правой руке и серебряным жезлом, где наконечником служила Звезда Давида, в левой. А пленник был жалок. Старик с фингалами под глазами и порванной ночнушке, глазки бегали, а рот открыт. Он что-то кричал, но я его не слышал.
Словно угадав, что мне этого не хватает, оператор включил внешний микрофон и звук появился.
