....Останкино.... брр.... Случайно произнёс про себя слово с неправильной интонацией, Аля ощутила как что-то холодное и мёртвое прикоснулось к её коже, прокатилось вдоль позвоночника неприятными мурашками, заставило мерзляво поёжиться несмотря на жару. Бросив испуганный взгляд в сторону Останкино, Алие представилось на миг, что огромная, бесформенная туша телецентра словно греческий Сфинкс покоится на истлевших останках… животных, человеческих, обломки костей, скалящиеся ужасными оскалами черепа.
Вдавив педаль газа в пол, Захарова, словно метеор обогнав замешкавшихся конкурентов, вклинилась мордой в только что освободившееся парковочное место. Бинго! В несколько приёмов, Аля выровняла автомобиль вдоль бордюра и выключив зажигание, выскользнула в объятия задыхающейся от полуденного зноя и духоты улицы.
Фух… Ну и жарища сегодня. Грустно обведя взглядом возвышающуюся над ней махину телецентра, Аля тяжело вздохнула, снова представив останки.
В этот момент, словно решив изгнать подальше обуревавшие Алю мрачные мысли, солнышко улыбнулось ей, и выплеснуло на мрачные стены телецентра двойную порцию ярчайшего белого света. Останкино мгновенно преобразилось: жизнерадостно засверкало намытыми до зеркального блеска окнами, по которым в стремительной круговерти понеслись стайки вездесущих солнечных зайчиков.
Столь живописное преображение Останкино мгновенно вытеснило из Алиной головы все набежавшие туда мрачные мысли. С чего она вообще решила, что название телецентра связано с какими-то там останками. Помнится, как совсем недавно кто-то в редакции вскользь упоминал о том, что слово Останкино трансформировалось из названия деревни, что в стародавние времена располагалась на этом самом месте. Осташково… фисташково.... Аля улыбнулась нелепому каламбуру. А что, про деревню вполне себе правдоподобно. Осташково – если немного изменить сие название, как раз и сложится искомое – Останкино… Как же, оказывается, всё просто, и никаких тебе гниющих останков и черепов, и почему её вечно тянет ко всякой чернухе, надо ведь было придумать – останки…
Подхватив с заднего сидения сумку, Захарова поставила автомобиль на сигнализацию и, перебежав дорогу, двинулась в сторону центрального КПП.
Подле него практически всегда роилась шумная людская толпа и было совершенно не важно проходили в этот день съёмки в какой либо студии или нет, – скопление людей у центрального входа, было неотъемлемым атрибутом телецентра, его талисманом и показателем того, что жизнь в нем кипит.
Протиснувшись мимо стоящих за ручку со своими родителями кучки детей, Захарова приложила пропуск к турникету и сухо кивнув мающимся от жары охранникам, быстро продефилировала к лифтам. Задерживаться в телецентре она не хотела, поэтому добраться до редакции не повстречав знакомых было в её интересах. Прошмыгнув в лифт Захарова удостоверилась, что кнопка нужного ей этажа нажата и вперилась отсутствующим взглядом в потолок. Знакомцев в лифте не обнаружилось, но её ждал весьма неожиданный сюрприз сразу же после того когда она вышла на нужном ей этаже.
– Алия Тимуровна! Здравствуйте! – Вздрогнув от неожиданности, Захарова сфокусировала свой взгляд на стоявшей подле поста охраны девушке.
– Ой, здравствуй Машенька! Извини, несусь – ничего вокруг не замечаю, задумалась о своём, о женском! Ты какими судьбами здесь? Снова на практику?
– Я к Елизавете Алексеевне, вы не знаете, она в редакции уже?
– Даже и не знаю, сама на минутку заглянула. Ты лучше позвони ей, что стоять тут зазря?
– Я звонила, у неё телефон не отвечает, а пропуска у меня нет в редакцию....
– А что ты от неё хотела?
– Мне нужно работу ей показать и что бы она написала рецензию на неё. А то мне дипломную работу не засчитают в универе.
– Так, давай вот что сейчас сделаем, я пока до координации добегу, а ты пока мне эсэмэской свои паспортные данные пришли, пропуск тебе быстренько выпишу. В редакции мне появляться не с руки, сама посмотришь есть ли твоя Елизавета на месте. Ежели нет её, мне работу покажешь, все равно я в монтажку сейчас....
– Ой, спасибо вам Алия Тимуровна!
Оставив в одиночестве улыбающуюся девушку, что выбрала их редакцию для своей преддипломной практики в ГИТРе, Аля помчалась в сторону монтажки. Очень уж она не любила оставлять что-то недоделанным, особенно то, за что у неё болела душа. На её счастье монтажная была практически свободной, лишь за одним компьютером корпела над своим сюжетом коллега Захаровой – Зина Фёдорова.
– Привет Зин! Как успехи?
– Привет.... да… нудятина опять.
– Что там? – Аля бросила на свободный стул свою сумку и кивнула на монитор, на котором застыло изображение весьма неопрятного мужчины с лицом алкоголика. – Очередная школьная любовь? Сорок лет страданий и долгожданная встреча вот с таким? Небось слыл по молодости первым красавцем в школе?
– Именно! Тут ещё и подруга приедет, когда-то они даже чуть не подрались из-за него.
– И хорошо что не подрались! Вон как его зелёный змий потрепал! С такими фонарями под глазами впору дворы освещать по ночам, хоть какая-то польза с него будет!
