– Он здесь.
Мы подошли к рядом стоящему столу, Николай открыл ящик и достал шар. Он на первый взгляд ничего особенного собой не представлял, выглядел как обычный стеклянный шар с небольшой трещиной.
– Можно мне его подержать?
Я протянул руки, взял его, и уже не мог оторвать от него глаз. Да, это было необъяснимо, я смотрел на шар и видел какой-то мир, я словно летал по той планете. Моё сознание всё глубже и глубже погружалось в таинственный мир. Было ощущение свободы, блаженства. Такого умиротворения я ещё не испытывал.
– Алекс! – закричал Николай, подхватив мое падающее тело, – что же происходит?! Алекс, ты меня слышишь?! – он тряс меня за плечи.
– Всё в порядке, – вялым голосом ответил я, – мне нужно присесть.
Я сел на пол, жутко кружилась голова, я не мог понять, что со мной происходит. У меня было такое состояние, как будто меня только что разбудили от глубокого сна.
– Скажи, почему ты упал?
– Я помню, что мне было очень хорошо, я смотрел в шар и видел такую красивую планету, – бормотал я.
Мой голос был тихий, сонный, как будто я ещё где-то летал в другом мире.
– Сиди здесь, я сейчас приду, – сказал Николай и куда-то убежал.
Я стал концентрироваться и потихоньку приходить в себя, но брызги холодной воды из кружки в мгновенье взбодрили меня. Я сидел на полу, моё лицо, волосы были мокрыми.
– Так вот куда ты бегал, Николай.
Я засмеялся. Потом встал и понял, что чего-то в руках не хватает.
– А где шар? – спросил я, повертев головой, и не нашёл его рядом.
– Он на столе. Когда ты падал, я забрал его. Я же тебе говорил, что он затягивает, и люди теряют сознание. У нас было уже три таких случая, не считая мою дочь, она так и не пришла в себя.
Я почувствовал его боль, она была во всем: в глазах, в голосе, даже руки дрожали так, что сотрясалось сердце, глядя на них. Любое напоминание о случившемся убивало его. Пытаясь отвлечь Николая от грустных мыслей, я начал расспрашивать его о работе.
– Николай, расскажи мне о пирамиде, что вы ещё выяснили о ней?
– Ну, наши исследования ещё продолжаются, мы толком пока не знаем, как она работает, но смогли перевести кое-какие символы, – он указал пальцем на три из них, которые находились на пирамиде. – Этот, – он указал на символ вроде спирали с точками, – отображает нашу солнечную систему, и, что интересно, символы перемещаются здесь согласно нашим планетам. Второй, – он указал на символ, который был похож на бесконечность, разделенную чертой пополам, в центре двух кругов были точки, – означает то, что расстояние и время может изменяться. Вот смотри, Алекс, – он взял лист бумаги, нарисовал на нем две точки вдали друг от друга, сложил лист пополам так, чтобы точки соприкасались, потом развернул лист и нарисовал между ними прямую линию. – Допустим, расстояние между этими планетами, – он указал мне на нарисованные точки, – составляет 400 млрд. км., и чтобы преодолеть этот путь, нужно потратить не одну сотню лет, и то, если лететь по прямой. А эта пирамида пробивает и сжимает пространство, вызывая разломы или, проще говоря, возникает пространственная дверь. Смотри, – он сложил лист пополам, – и, что мы видим? Точка переместилась с одного места в другое за минимум времени. Вот так всё просто, нужно только знать координаты того места, куда хочешь попасть. Это как адрес, словно войти в дверь и сразу оказаться по ту сторону улицы. Да, Алекс, нам бы понять, как она работает, мы б тогда такой прорыв сделали в науке.
Его глаза светились, как у ребенка. Сейчас Николай был похож на мечтающего мальчика, который хочет попасть на Луну, но не знает как. Мне было интересно наблюдать за ним, в нем чувствовался оптимизм и вера в своё дело.
– А что обозначает этот символ? – я ткнул пальцем в третий символ, который был похож на глаз и ничего особенного я в нем сразу не заметил.
– А-а-а, вот здесь, Алекс, и кроется загадка. Смотри на этот глаз, не отрывая взгляд, и обойди пирамиду по кругу. Ты сам всё поймешь.
Он расплылся в улыбке.
«Странно всё это, – подумал я, – ведь невозможно смотреть на этот глаз постоянно, он же скроется за первым углом». Но моё любопытство заставило меня это сделать. Я стал не спеша обходить пирамиду и, как и сказал Николай, мой взгляд был прикован к глазу. Я ощутил тепло в груди, как будто кошка лежала на ней и согревала, и моё сомнение вмиг исчезло, когда я вдруг понял, что и глаз смотрит на меня не отрываясь, а пирамида словно крутится по ходу моего движения. Я замер на месте и начал было рассматривать, как вращается пирамида, но Николай, взяв за плечо, вывел меня из транса. И сам того не понимая, я оказался под гипнозом этого глаза. Когда я посмотрел по сторонам, то понял, что стою на том же месте.
– Ну как ощущения, Алекс? Что чувствуешь? – с интересом спросил Николай.
– Я так и не понял, я обошел пирамиду или мне это только показалось? Такое чувство теперь, что он постоянно на меня смотрит, следит за мной.
Я искоса посмотрел на пирамиду, боясь снова смотреть на этот глаз, который так и сжигал меня изнутри.
