Софи бросилась в объятия Крейга и замерла, вся дрожа, до тех пор, пока сила его рук не дала ей возможность почувствовать себя в безопасности и она смогла взглянуть на растянувшегося на полу Дюкло и скорчившегося в кресле Пучелли.
Ларри поднял пистолет Дюкло.
— А где второй парень? — спросил он.
— Он мертв, — сказал Крейг и рассказал, что произошло в саду. Ноно был потрясен.
— Но это же бандитизм, — сказал он, — Это же убийство.
— Ну, конечно, это было убийство, — подтвердил Крейг.
— Но честь! — воскликнул Ноно, — Он же опозорил свою честь.
— Не сделай он этого, — ответил Крейг, — я не смог бы его убить.
Ларри повернулся к Тернеру.
— Вы должны взять у него несколько уроков, Ден.
— Да, — кивнул Тернер, шагнул вперед, взглянул на Дюкло и перевернул его ногой.
— Ты видел как он его ударил, Ларри? Он должен дать несколько уроков и тебе, сынок, но не сейчас. Сейчас у нас несколько иные проблемы.
Ноно сказал:
— Я думал, что все наши проблемы решены благодаря мистеру Рейнольдсу. — Он налил бренди и Крейг выпил.
— Что мы будем теперь делать? — спросил Тернер. — Прежде всего, нужно от всего этого избавиться. В моем саду лежит убитый. А здесь эти два бандита. Мне очень неприятно говорить это, Джон, но я намерен вызвать полицию.
— Двое убитых, — сказал Крейг. — Второй — Эшфорд. Я же сказал вам они убили и его. Он до самого конца любил Ля Валере. Он старался уберечь того от обмана — так как он любил его и знал, что обман — самое тягчайшее преступление в кодексе чести. И Ля Валере убил его.
— Джон, мне очень жаль, — повторил Тернер, — но я должен позвонить в полицию.
Крейг пожал плечами.
— Поступайте, как знаете, — сказал он. — Только прежде я предпочел бы исчезнуть отсюда.
— Конечно, — сказал Тернер, — ты можешь идти, куда захочешь. — Он твердо взглянул на Крейга, — Я не задаю вопросов, сынок, потому что не хочу ставить тебя в неудобное положение и заставлять лгать, но если ты занимаешься болтами и гайками, то я — Красная Шапочка.
Крейг сказал:
— Мне бы хотелось позаимствовать и автомобиль.
— Ты не сможешь вести машину. С такими руками, как у тебя, — покачал головой Тернер. — Возьми «кадиллак». Ларри отвезет тебя.
— Спасибо, — кивнул Крейг. — Кстати о полиции. На вашем месте я бы позвонил полицейскому, которого зовут Сегюр. Он уже был здесь. Это очень тактичный полицейский.
— О'кей. А что я ему скажу?
— Расскажите ему все, что здесь произошло. Какой-то подонок ворвался сюда и убил Эшфорда, а меня заставил драться на дуэли. Скажите, что вы встретили меня в Ницце и пригласили сюда. А заодно и Эшфорда. Мне бы не хотелось, чтобы в это дело оказалась замешана Софи.
— Мне тоже этого не хочется, сынок. Я сделаю все, как ты скажешь. Теперь ты намерен уехать?
Крейг кивнул.
— Где найти тебя? — спросил Тернер.
— Вы не сможете этого сделать, — ответил Крейг. — Я позвоню вам — если смогу.
Он взял со стола «кольт» и повернулся к Софи. Она видела в его глазах прощание и снова заплакала. Когда она прижалась к нему, он мягко шепнул ей что-то на ухо и постарался, как только мог, её успокоить. Но времени на это уже не было. Ради благополучия их всех, и в первую очередь её благополучия, ему нужно было уходить.
Софи всхлипнула.
— Все то время, что я была с тобой, я говорила правду. И тогда, когда я как бы в шутку говорила, что могла бы стать порядочной девушкой. Когда-нибудь я снова тебя увижу, правда? — Он заколебался и она добавила: Не нужно обсуждать это, Джон. Я увижу тебя, я уверена в этом.
Он улыбнулся, поцеловал её и пошел к ожидавшему его «кадиллаку». Тернер и все остальные уже начали обсуждать случившееся. У него оставалось не больше часа до того, как Тернер позвонит в полицию и предоставит им самим решать, кто говорит правду: пара убийц или добропорядочный миллионер, из которого так и сочатся доллары. Это должна быть великолепная сцена. Крейг пожалел, что ему придется её пропустить.
— Куда едем? — спросил Ларри.
Крейг сказал адрес и откинулся на голубоватом сиденьи, пока машина с тихим шелестом мчалась обратно в Вийефранш, через город и в сторону виллы Сен-Бриака, а Ларри рассказывал о бейсболе, и карате, и о поэзии Эдны Сен-Винсент Милле.
На вилле все было тихо и спокойно, она была совершенно пустынной, и в эти мертвые предрассветные часы не было слышно ни звука, кроме шума прибоя. Крейг сидел в машине и смотрел на высокую стену и находившуюся под напряжением проволоку. Не было слышно лая собак, в саду не горели огни.
— Вы хотите, чтобы я пошел вместе с вами? — спросил Ларри.
— Я не хочу, чтобы ты что бы то ни было делал, разве что помоги мне перебраться через стену, а потом исчезни.
Ларри пожал плечами.
— Вы — босс.
— Не надо так. Там может быть полиция — а я уже доставил вам массу неприятностей.
— Вас избили, — сказал Ларри. — Вас почти убиты, за вами охотились, вам угрожали, вас пытали. У вас должна быть веская причина вернуться сюда.
— У меня есть такая причина, — сказал Крейг, — Именно поэтому я и не могу взять тебя с собой.
