— Я думаю, что доверила бы Теду сводить меня на экскурсию через саму преисподнюю и вывести с другой стороны. Маршалы Конь-в-Яблоках и Джеффрис оба весьма неплохи в бою. Образно говоря, если на лопасти вашего винта попадет дерьмо, то лучшего варианта вам не найти. Позвольте им помочь вам, и я не сойду с этого места, Шоу.
— Что в этом плохого? – поддержал меня Морган.
— Ладно, — буркнул Шоу с таким недовольством в одном единственном слове, что оно звучало ругательством.
Эдуард наклонился ко мне и заговорил тихо и быстро:
— Не нравится мне оставлять тебя одну.
— Я окружена полицейскими, так что я не одна, — заметила я.
Я знала, каким взглядом он смерил меня, даже не видя его глаз из-за темных стекол очков.
— Если я помогу местным копам, а Витторио тем временем найдет способ до тебя добраться, это не сделает ни одного из нас счастливым.
— Неплохо сказано, но ведь сейчас день, и если я буду закрываться щитами, ни одному вампиру до меня не добраться.
— А когда стемнеет?
— Будем решать проблемы по порядку, не больше одной за раз, — я легонько толкнула его. — Пойди и разыщи Мартина Бендеза. Если мы сможем получить информацию от него — прекрасно; ты, главное, следи, чтобы наши приятели-копы не пострадали.
— Чего ради? — прошептал он.
Я поняла, что он не шутит. Иногда я забываю, что когда впервые встретилась с Эдуардом, он напугал меня ничуть не меньше, чем Олаф. Стоит ему сказать нечто подобное, как я вспоминаю, что он хищник. Он мой друг, и я ему нравлюсь, но подавляющее большинство людей для него — просто вещи. Инструменты, которыми можно воспользоваться, или препятствия, через которые надо перешагнуть.
— Если я скажу, что так будет правильно, ты поднимешь меня на смех?
Он улыбнулся.
— Нет.
— Вы идете, Форрестер, или вам важнее болтовня с вашей подружкой? — окликнул его Шоу.
Мы оставили это без комментариев, и Эдуард двинулся прочь в сопровождении офицеров, оставшихся на месте происшествия. Большинство из них исчезло, когда прозвучала команда «отбой».
Бернардо последовал за Эдуардом, но Олаф обернулся и сказал:
— Я останусь с тобой.
— Тэд! – заорала я.
Он оглянулся, увидел нашего верзилу и позвал его:
— Не отставай, Джеффрис.
Олаф помедлил в нерешительности, потом развернулся и пошел быстрым шагом, стараясь его нагнать. Он довольно быстро перешел на строевой шаг, даже не заметив этого — сказывалась тренировка.
Я смотрела, как они садятся во внедорожник. Эдуард никогда не оглядывался. Я была уверена, что он способен сам о себе позаботиться, но сожалела, что не могла поехать сама. А еще маленькая частичка меня считала, что будь я рядом с ним, он был бы в большей безопасности, да и остальные, пожалуй, тоже.
Мания Бога? Это у меня-то? Конечно же, нет. Паранойя? Вероятно. В чем я была совершенно уверена, так это в том, что больше всего на свете я не хотела бы объяснять Донне и детям, почему Эдуард больше никогда не вернется к ним домой.
Один из полицейских проводил Виктора туда, где стояли мы с Морганом в окружении горстки других детективов.
Я посмотрела на Виктора в его эксклюзивном дизайнерском костюме. Он выглядел куда более изысканно, чем все остальные, но это не имело значения. Плевать на то, как мы выглядели со стороны — полиция уже заклеймила нас монстрами и сегодня они уже наигрались с нами по самое не могу. Теперь поймать этого монстра и убить его было задачей людей, если у них получится. Тот факт, что я стояла здесь с Виктором, ясно говорил о том, что, по крайней мере, часть полиции Лас-Вегаса считала меня одним из монстров. А монстрам не позволено охотиться на монстров. Почему? Потому что подсознательно каждый человек считает, что симпатии монстров распространяются на их собратьев-монстров. Потому что именно так и должно быть. В конце концов, они не нам не доверяют — они не доверяют себе.
Виктор подошел и встал перед Морганом.
— Детектив Морган, без меня и маршала Блейк у вас нет ни малейшего шанса взять Мартина живым.
— У нас двое пропавших детективов, предположительно раненых или убитых, — заговорила я. — Взять его живым — это больше уже не главная задача, Виктор.
— Но если он умрет, мы потеряем шанс найти место дневной спячки Витторио, — возразил Виктор.
Я покачала головой.
— Это не имеет значения. Мы могли бы притвориться, что есть повод сохранить ему жизнь, но твой тигр принес в жертву свою собственную безопасность в тот момент, когда напал на детективов.
— Ты даже не попытаешься уговорить их взять его живьем?
— Они мне больше не доверяют, Виктор. Я в их глазах чудовище.
— Тогда пусть попробует твой друг Форрестер.
— Пока они не найдут пропавших детективов, это не поможет.
— А если сказать им, что убив Мартина, они никогда не найдут тела своих офицеров?
Я повернулась к Моргану.
— Что скажете? Может этот Мартин Бендез знать, где ваши детективы?
— Я передам это по рации, но вы сами сказали, Блейк. В тот момент, когда он тронул наших детективов, мы потеряли возможность замять это дело — он подписал себе смертный приговор.
— Это очень сильный вертигр, — заметил Виктор. — Его не просто будет убить.
— Это что, угроза? — спросил Морган.
