– В таком случае ваш список неполный. Добавьте в него некую Фиону Кавалли. И он станет значительно более полным. Уверен, что ее вы так же найти не сможете.
– Если бы искали мы… ищут люди Роя Хопкинса, а от них скрыться очень и очень сложно.
– Но возможно, как вы видите.
– Увы…
Сергей раскрыл папку. Там на первом листке значились две фамилии. Напротив первой – стояла цифра 75 %, напротив второй – 25.
А что, это даже очень может быть, что они используют не одного оператора, а двух. Почему бы и нет? В любом случае, это уже результат. Дальше шло два досье. На двух профессиональных операторов, каждый из которых не имел алиби на последние случаи, аналогичные нашему, и в сферу профессиональных интересов которых могли входить подобного рода съемки. Люк Бессарж, француз, симпатичный парнишка… ой, упс… ему уже сорок два. А по фото – мальчишка мальчишкой. Маленького роста, усы, густые волосы… интересно, почему именно он идет под номером один? Профи. Снимал в горячих точках. Путешествовал по самым экзотическим и опасным уголкам планеты. Ах, вот оно… снимал среди каннибалов. Три года экспедиции на Амазонку и в Африку… Ну что же, а это что? Его кадры использовались в документальных фильмах очень шокирующего содержания. А что? Вполне подходящая для нашего дела биография. А кто номер два? Автор, сценарист и оператор – все в одном лице. Компания по производству порнофильмов. Понятно. Как раз тот жанр, что может быть. Съемки отличаются натурализмом и особой извращенной жестокостью. Запрещены почти во всех странах мира. Вот это хорошая реклама! Минг Ю Гоу. Таиланд. Пятьдесят четыре года. Отвратительная внешность. Заплывшее жиром лицо… узкие щели глаз, как бойнице в доте… не симпатично. Точнее, отталкивающе неприятно. И с этим человеком, вполне возможно, нам придется иметь дело? Надеюсь, ему еще долго после встречи с нами не захочется брать в руки камеру. И все-таки, почему такая разница?
– Послушайте, мистер Юнг, я так понимаю, что Юнг – это ваша фамилия?
– Это верно, мистер Сергеефф…
– Тогда что есть фамилия в словосочетании Минг Ю Гоу?
– Страна?
– Таиланд.
– Скорее всего, Минг.
– Благодарю вас. Не за что, мистер Сергеефф… мы уже подъезжаем.
И действительно, автобус въезжал в ворота Брюссельского международного аэропорта. Сергей тяжело вздохнул. Он вспомнил, что всю жизнь боялся летать самолетами. Какой бы компании они не принадлежали.
Брюссель. Международный аэропорт.
Сергей Сергеевич Сергеев боялся летать самолетами. Это при том, что летать ему доводилось очень часто, а за плечами было сто одиннадцать прыжков с парашютом. Так вот – прыжков как таковых Сергеев боялся намного меньше, чем полета к точке, откуда очередной инструктор делал вбрасывание в воздух группы отчаянно стремящихся к земле людей. Страх перед самолетами был очень сильным и навязчивым. И избавиться от него Сергею пока еще не удавалось. Вот на вертолете – хоть до Аляски, хоть до Северного полюса, да куда угодно, только прикажите, а самолет – нет вам и кошка не ходи. И при этом приходилось Сергееву столько летать, что мама не горюй. Он даже работу выбрал такую, чтоб только по одному городу, чтобы без перелетов. А тут не просто лети, а еще и с пересадками. Правда, перелет на самолете один, а потом обещали вертолет. Хоть одна приятная новость за сегодня.
Их автобус заехал в аэропорт со служебного входа. В терминале Сергей попросил оставить его одного. Пока генерал Юнг увел Петера, Сергей удивился, что в этой стадии операции не принимает участие Рой Хопкинс. Хотя он и представлялся как аналитик, что-то говорило Сергею, что и работы в поле он не чужд. Так что полновесный агент получается этот мистер Хопкинс, если это, конечно, его фамилия. Ну что же… С тяжелым сердцем Сергей набрал номер телефона человека, находившегося в тысячах километров от Брюсселя. Этот телефон ему нашептали тогда, когда он лечился после ранения, полученного при освобождении заложника год назад. Сергей вспомнил, интересы скольких спецслужб переплелись в том непростом деле, и невольно улыбнулся. Улыбка получилась грустной. А этот… этот номер телефона был чем-то вроде небольшой награды за хорошо выполненную работу. В трубке раздался гудок. Так… какая у нас тут разница? В Москве уже поздний вечер. А вдруг не возьмет? Нет, такого не бывает. По таким номерам такие люди трубку поднимают всегда. И все-таки… правильно ли я делаю? Все-таки мне советовали воспользоваться им в крайнем случае. Почему же я считаю этот случай крайним?
Додумать мысль не получилось. Трубку взяли. Раздался приглушенный голос достаточно пожилого человека. Это был человек, во многом примечательный, ему было уже далеко за восемьдесят. В чине генерал-лейтенанта он ушел на пенсию, но остался в Конторе человеком весьма и весьма влиятельным. Такие профессионалы, как Константин Львович Переделкин остаются востребованными постоянно.
– Слушаю.
– Это Сергеев из Брюсселя.
– Так… чем могу служить?
– Вы можете перейти на защищенную линию? Схема бета.
– Да.
