Сверху дно еще больше удивляло своей правильностью. Ростик мог бы поклясться, что некоторые места выглядят такими ровными потому, что их специально сглаживали, лишая складок и впадин. Еще меньше тут было неизбежных песчаных проплешин и водорослевых рощиц, вокруг которых вились рыбные косяки.
Вот только каких-то теней на фоне этой желтой “лепоты” стало больше... “Хорошо бы рассмотреть, что же это за тени, хорошо бы понять, почему их Ким с Хворостом не замечают? Или замечают, только почему-то помалкивают? Ладно, сейчас разберемся”, – решил Рост.
Но разобраться не успел. Они придвинулись к берегу бегимлеси уже километров на десять, и без труда можно было читать береговую линию, в которой, впрочем, не было ничего особенного. Хворост – тот вообще завис, почитай, над самым берегом, почему-то не решаясь преодолеть береговой срез. Вот наконец продвинулся чуть дальше...
И почти тотчас из его лодки ударила спаренная пушка. Она била по каким-то целям на берегу. А с берега бегимлеси в воздух стая за стаей взлетали птицы.
– Чайки, – обронил Ким. – Ну наконец-то, а я уже решил, что тут с птицами явный недобор.
Но обменяться мнениями по-настоящему они не успели. Капитан вдруг выпустил ракету, означающую общий сбор. И Ким оказался слишком занят – нужно было подойти к “Калоше”, зависнуть, выслушать приказ. А он для Кима был таков – дождаться Хвороста, который делал у берега что-то весьма странное, то ли охотился на местную живность, то ли отбивался от нее же, поменяться с ним заданием, отдав ему “Калошу”, а самому разведать, что там происходит.
Ким попросил отдать леер, а когда это было сделано, Ростику пришлось перебраться в корму их летающей лодки и сматывать эту веревку ровными кольцами вокруг локтя. Как оказалось, сзади во время полета он еще ни разу не был, поэтому осмотрелся с интересом. Во-первых, тут было гораздо просторнее и можно было даже выпрямиться. Во-вторых, вдоль бортов, как в грузовике, шли откидные широкие лавочки, на них можно было неплохо устроиться. А в-третьих, большой квадратный люк в конце корпуса, между кормовыми блинами, обещал куда как легкую работу с грузами. “Даже странно, – подумал Ростик, – почему он сегодня не выбросился именно через люк – на полном ходу он ни за что не попал бы под гравитационный удар. В следующий раз, – решил он, – так и сделаю”.
К тому же тут определенно можно было сбрасывать и грузы. “Или бомбы”, – подумал он, с необыкновенной ясностью представив, как это происходит. Вот откидывают люк, на легких дюралевых направляющих лежат бочкообразные емкости, через кормовое отверстие для пушки кто-то выцеливает упреждение, потом бочки валятся вниз... Рост потряс головой. С такой способностью видеть несуществующее ему нужно податься или в иллюзионисты, или в ответственные ком-партийные деятели.
Хворост понял, что нужно делать, после третьего объяснения. А леер согласился поймать только после пятого. Наконец Рост привязал к лееру какую-то деревяшку и зашвырнул ее башенному стрелку Хвороста, а когда тот догадался принять конец, попросту отпустил свою бухточку. Потом они направились к берегу бегимлеси.
Все-таки у Кима душа была неспокойна. Такую сложную операцию, как буксировка, Хворост определенно еще не совершал, и тут за ним нужен был глаз да глаз. Правда, Ростик никак не мог взять в толк, чем Ким мог помочь собрату-летуну, если этот собрат в чем-либо напортачит, но это была как раз та подробность, выяснять которую не хотелось.
И, в общем, опасались они зря. Не успели дойти до берега, как Ростик из своей стеклянной башенки, в которую вернулся с кормы, увидел, что леер с “Калошей” на другом конце нормально двинулся за ними следом. Чтобы подвести итог операции, Ростик высказался:
– Можно считать, разведывательный поход по Поиску пропавших ребят завершен провалом.
– Почему? – отозвался Ким, впрочем, довольно угрюмо. – Если по-настоящему их искать, то только на берегу еще и остался шанс найти кого-нибудь.
– От берега до “Калоши”, когда мы ее подобрали, было больше двадцати километров. Течений тут нет, следовательно...
– Может, кто-нибудь вплавь добрался. Ростик покачал головой:
– Атаку из-под воды на наших они устроили на редкость эффективно, а уходящего вплавь противника почему-то не добили? Что-то не верится.
– Интересно, – раздумчиво ответил Ким, – почему ты решил, что атака была из-под воды? Может, с неба?
– Все равно, с неба добить пловца еще проще. Зависни на антиграве, он сам захлебнется в вихрях и водоворотах.
– Ладно, что без толку болтать, все равно берег нужно обследовать.
– Нужно, – согласился Ростик, – если нам это позволят.
Дальше они летели молча. У обоих осталось неприятное чувство после этого разговора – слишком явственно каждый осознавал, что в словах друга тоже есть немалая часть правды. “Во всем виноват этот берег, – решил Ростик, когда они пересекли кромку воды. – Слишком уж тут одиноко”. И хотя тут не было ничего угрожающего и пока не ясно было, по чему стрелял Хворост, ему все представлялось здесь неуютным и непонятным.
